Научи меня любить

Костя почесал в затылке, покосился на стайку девушек, фоткавших свои округлости, обтянутые спортивными костюмами на айфоны.

— Долго до тебя доходило, — сказал друг философски. — Что будешь делать?

— Лучше спроси, что я уже сделал, — мрачно ответил Сазонов.

— Ой.

— Вот именно, что «ой».

Кирилл коротко пересказал другу события, произошедшие на даче.

— Надо было покупать более качественное вино, — подытожил Костик.

— Дело было скорее в количестве, а не в качестве, — отозвался Сазонов. — И что теперь — понятия не имею.

— Правильные девочки тоже иногда хулиганят. Меня больше беспокоишь ты. Откуда такая нерешительность?

Кирилл пожал плечами.

— Тот же вопрос себе задаю.

— Эй, лоботрясы! — послышался вопль физрука. — Чего расселись?! Может напомнить правила поведения в спортивном зале?! Сидят у нас на лавках только инвалиды и девки в критические дни. А вы вроде не инвалиды.

— Педагог от Бога, — пробормотал Костик, и они с Сазоновым снова вернулись к мячу.

На большой перемене Сазонов с Костиком, как и большинство, устремились в столовую. После физ-ры жутко хотелось пить, есть, ещё бы и покурить сгонять не помешало. Рвение Кирилла к принятию пищи прервала у самого входа в столовую Анна Николаевна. Она отвела парня в сторону и тихим, но разъярённым голосом поинтересовалась:

— Сазонов, что произошло? Что ты натворил?"

"И почему ему все задают этот вопрос, будто он монстр какой-то, сожравший невинную деву. Сазонов нахмурился.

— Вы о чём? — Кирилл сделал вид, что не понял, хотя догадывался.

— Это ты мне скажи, — математичка слегка покраснела, теряя терпение. Она смотрела на Кирилла снизу вверх, но взгляд был грозным. — Не знаю, что ты натворил, но Даша написала заявление по собственному и уже пошла к декану.

— Заявление? — удивление Кирилла длилось лишь секунду, а потом перешло в злость. Морозова, мать её, как обычно.

— Сказала, что после того, что она сделала, ей нельзя работать педагогом. И что-то мне подсказывает, что это связано с тобой, Сазонов.

Кирилл заметил, что с третьего этажа спускалась деканша, но остановилась в пролёте с преподавателем физики. Значит, письмо ещё не достигло адресата.

— Мне надо идти, — сказал Сазонов и бросился на другую сторону лестницы, оставив Анну Николаевну в недоумении.

Он выбежал с другой стороны коридора и увидел Морозову, которая топталась у закрытой двери деканата с листком в руках. С противоположной стороны уже шла деканша, направляясь в свой кабинет.