– Мы идем к главврачу.
Я прыснула от смеха.
– А нет. Кажется, все в порядке.
Позади нас послышалось слабое ворчание. Рома проснулся. Дима потянулся ближе ко мне и открыл бардачок. Я округлила глаза, когда увидела в нем пистолет. Дима взял только лишь папку и хмуро бросил на меня взгляд, видя мое замешательство. Не знаю, смогу ли когда-нибудь привыкнуть к этому."
"Уже оказавшись в кабинете, мы расположились, чтобы дать врачу возможность осмотреть Рому. Стандартная процедура перед прививкой.
Спустя какое-то время пришла медсестра, которой нужно было передать документы. Дима раскрыл свою папку и достал два паспорта и прочие документы. Странное чувство охватило меня. За долю секунды я подошла и выхватила свидетельство о рождении из ее рук. Оно было совершено новым. Как будто его только что напечатали. Так и было. Доли секунд хватило на то, чтобы увидеть изменения. Вместо «Савин Роман Дмитриевич» было «Баракудин Роман Дмитриевич». Я опустила глаза ниже, туда, где раньше была пустая графа.
Отец: «Баракудин Дмитрий Сергеевич». Я посмотрела на свою фамилию. Она тоже была изменена. Я выхватила свой паспорт из рук медсестры, которая стояла в полном шоке, и не понимала, что происходит. Этот документ тоже был новый. Только моя фотография осталась прежней. Я бросила испепеляющий взгляд в сторону своего теперь уже мужа и села обратно на кресло. Дима нахмурился, но промолчал. Интересно, когда он собирался мне сказать об этом?
Я хранила молчание, пока мы находились в больнице.
Но, когда мы вышли на улицу, я взорвалась. Усадив Рому в автокресло, я закрыла дверь и с силой толкнула Диму в грудь.
– Что это было, мать твою? – разозлилась я.
Дима схватил меня за предплечье и посадил в машину, хлопнув дверью.
– Никогда не выясняй со мной отношения на улице, – рявкнул он и завел автомобиль.
– Ох, простите, Дмитрий Сергеевич, – бросила я в ответ и скрестила руки на груди. – Я совсем забыла, что вы публичный человек.
Он повернулся в мою сторону и сверкнул своими карими глазами, безмолвно приказывая заткнуться. Что я и сделала, отвернувшись к окну.
Дима тяжело вздохнул и молча выехал с парковки. Я была так зла, что даже не смотрела на него.
– Хочешь сказать, что я должен был не делать этого? Оставить все как есть?
Я промолчала и ничего не ответила. Не хочу сейчас с ним разговаривать.
– Он мой сын. И должен им быть по документам.
