Марк молчит некоторое время, кладет руки на руль, сжимаю его так сильно, что я вижу, как напрягаются и без того крупные, отчетливо выступающие на руках вены. До слуха доносится тяжелое дыхание парня, он шумно втягивает воздух, словно из последних сил стараясь удержать себя в руках. А я кожей чувствую, как растет в салоне машины незримое напряжение, как густеет воздух вокруг, становясь вязким, почти осязаемым. Бросаю на парня настороженный взгляд, смотрю на его напряженное лицо.
Марк смотрит куда-то вперед, практически не шевелясь и напряженно хмурясь, и взгляд у него такой мучительно тяжелый, а потом он резко поворачивается, молниеносно приблизившись к моему лицу, обдавая кожу жаром своего горячего дыхания, пальцами зарывается в мои волосы, так неожиданно, что я даже дернуться не успеваю.
Он не позволяет мне отстраниться, давит на затылок, крепко фиксируя мою голову. И от такого близкого контакта мне совершенно не по себе становится. Непроизвольно я облизываю пересохшие, обветренные губы, чем привлекаю пристальное к ним внимание.
Взгляд Марка опускается на мои губы, темнеет, хватка на затылке усиливается. Я слышу, как грохочет мое собственное сердце.
«Тук. Тук. Тук»
В ушах нарастает шум, виски пульсируют в такт колотящегося в груди сердца.
— А ты не думала, — все также не отрывая взгляда от моих губ, хрипло произносит Марк, — ты не думала, что мне ничего не нужно и я просто хочу тебе помочь, проявить заботу. Нет? Это в твоей хорошенькой головке не укладывается? Ты всегда мыслишь исключительно выгодой, малыш?
— Я не малыш, — обескураженная его речью, я не могу придумать ничего луче, кроме как зацепиться за идиотское прозвище.
Марк усмехается, качает головой, ослабляет хватку.
— Еще какой малыш. Не бойся, Еся, расплачиваться сексом тебе не придется, забудь об этом, считай, что в прошлый раз я пошутил.
Он отпускает меня, сам отстраняется.
Странный он, непредсказуемый. От таких нужно держаться подальше, потому что не знаешь, чего стоит ждать в следующую секунду.
Нужно. Но вместо этого я сижу в его машине и обдумываю его слова.
— Неудачная шутка, — единственное, что приходит мне в голову.
— Согласен, — кивает, — пойдем, Есь, ты еще не выздоровела, тебе по-хорошему отлежаться бы нужно.
— Я хорошо себя чувствую.
— Это я уже понял.
Он открывает дверь, давая понять, что разговор окончен и выходит из машины. Я выбираюсь следом и неохотно плетусь к лифту вслед за Марком.
