Но то, что ваша собака Тори любит раскапывать норы сусликов, а на правой ноге на внутренней стороне бедра родинка размером с дайм, сказать могу.
Билл резко смутился. Про родинку мне сказала Мадлен — чувствуется, что она неплохо проводила время на этом ранчо.
— А также то, что вас чуть не покалечило волчьим капканом Гаса Кирби, и спасла вас Мэри.
— Иди ты, — неожиданно сказал Билл, и опустил ружье. — И вправду похоже ты от Мэри. Проходи в дом. Вещи можешь оставить в пикапе — у нас не воруют.
Сущая правда. Своровать что-нибудь у техасского реднека, тем более на его земле, может только сумасшедший.
— Есть хочешь? — он спросил меня, когда я уже был в доме.
— Да пока нет.
— Ладно. Как там Мэри?
— Жива, здорова, привет передавала.
— Ну ее с ее приветами, — пробурчал Билл. — Лучше бы сама приехала.
— Ну вот так, — развел я руками.
— Ты приехал с проблемами? Чего ожидать?
— Проблем. За мной сейчас охотятся.
— Кто?
— А черт его знает, — искренне сказал я. — Сначала — конкуренты, сейчас — какие-то индейцы.
Хрен его знает кто. Просто Мэри сказала, что я могу обратиться к вам за помощью.
— Можешь-то можешь, но кто за тобой идет?
Хорошо, перестану темнить. Все-таки я навлекаю на них опасность своими проблемами.
— Вот это, я не знаю чье, — я выложил на стол ритуальный индейский нож.
Глаза Билла выпучились от удивления, а рот открылся так, что челюсть стукнула о столешницу.
— Шаманский нож Навахо? Откуда это у тебя?
— Снял с трупов охотников, пришедших за мной.
Билл посмотрел на меня уже другим взглядом, в котором вперемешку читалось и уважение, и настороженное недоверие — «а не звиздишь ли ты, мил человек?».
— Ну если так, то нам надо кое-куда скататься. Тогда заноси все в дом. И нож здесь оставь, не надо его никуда таскать. Вещь непростая.
Я потащил свою поклажу в дом, а Билл стал собираться.
— Оружие с собой есть? — сказал он, опоясываясь натуральным винтажным поясом с патронташем, который венчала кобура размером с мою руку с никелированным чудовищем, выглядывающим из нее.
Да, пушки тут любят, большие и красивые, револьвером назвать это язык не поворачивался.
Я достал из-за пояса «Глок» со свинченным глушителем, вызвав при этом недовольную гримасу Билла.
— Оставь эту игрушку тоже дома. Сороковым калибром здесь никого не удивишь, а эта игрушка для дамочек.
Оригинал, однако. Из сорокового калибра я могу столько дырок навертеть, что мало не покажется, не зря на него федералы перешли. Ну да ладно, хозяин — барин, точнее реднек.
