— Я никуда не уйду и не оставлю, — поджав губы, он упрямо выпятил подбородок. — Не оставлю, слышишь!
— Ты уже оставил! — не выдержала я. — Ты уже это сделал!
— Да о чем ты? — он тряхнул меня и впился взглядом в мое лицо.
Не понимал. Не помнил и даже не догадывался. Я так хотела выпалить ему в лицо обвинения. Выплеснуть на его голову свою боль, и... Не смогла. Остатки здравого смысла шептали, что он не виноват. Что это обида говорит за меня. Что нельзя так... Нельзя...
— Как звали твою избранную, Оуэн?
Зачем я это спросила? Душа обмерла в ожидании ответа.
Надежда, что вспомнит, осознает, забилась в сердце как маленькая птичка в клетке...
Зачем я спросила...
— Какое это имеет значение? — он лишь приподнял бровь. А в глазах немой вопрос.
— Как ее звали? — не выдержав, выкрикнула ему в лицо.
— Не знаю, — в его голосе появился холод. — Не помню. Никто не помнит. При чем тут она? При чем тут эта девочка? Ее нет, понимаешь. Ее уже нет...
— Ни при чем, — меня обуяла ярость.
Вот так... Меня нет. Меня для него просто нет.
Что-то тихо рыкнув, Хэйл зашел в комнату и остановился у кровати. На его лице заиграли желваки. Но он молчал. Уложив меня на мягкую перину, откинул одеяло и, стащив с ног обувь, укрыл.
Его забота окончательно добила.
— Уходи, — выдохнула я. — Оставь одну.
— И не подумаю, — он демонстративно сел на кровать рядом со мной. — Хватит меня гнать. Это откровенно злит. С чего вдруг ты меня гонишь? Объясни, что произошло между нами? Какая кошка пробежала и когда она успела? Хорошо же все было и вдруг!
— Да видимо тебе хорошо, а мне нет.
Уйди. Просто уйди и все.
Что-то рыкнув себе под нос, он вскочил на ноги и прошагал к двери, взялся за ручку, но обернулся.
— И не думай, что оставлю, Айла. Не дождешься! Я за лекарем. Ты бледная и явно нуждаешься в помощи.
— Не стоит... — попыталась возразить, но нарвалась на такой яростный взгляд, что умолкла.
— Я не спрашиваю, ставлю перед фактом.
Он вышел, дверь за ним захлопнулась.
Разжав кулаки, я запустила ладони в волосы. Если Хэйл — это мой Оуэн, то дядя Сэтт.
..
Меня пробрала дрожь. Я не могла сопоставить своего личного монстра с этим добрым мужчиной. Да у него были недостатки, но чтобы детоубийца...
Нет... Мой разум отказывался воспринимать такую правду. Он ведь так был мне рад.
Да. Слишком рад. Как имя услышал, как меня рассмотрел."
"Узнал? Не мог не узнать! Слишком много обо мне расспрашивал. Слишком... Он все это время знал, кто я, и виду не подавал. Но ведь понимал — правда всплывет.
