Наваждение генерала драконов (СИ)

— Пойдём, нас ждет кровать и хороший сон.

— Ты простишь меня? — он наконец поднял на меня взгляд. — Простишь, что я хотел забыть? Простишь, что не помню нас? Что выжег тебя...

— Я тебя так ждала, Оуэн... - я провела подушечками пальцев по его щеке... Очертила бровь. Он, замерев, кажется, даже не дышал. - Я вспоминала тебя каждый вечер. Все надеялась, представляла, как это может произойти. Наша встреча. Но... В моем сердце появился другой. И он вытеснил твой образ, Оуэн. И ты прости меня, что в итоге я полюбила Хэйла.

Он послушно поднялся и, обняв меня, крепко прижал к себе. Закрыв глаза, я ощутила, как теплые мужские губы касаются волос.

Как же долго я об этом мечтала.

— Я так верила, что однажды ты найдешь меня, Хэйл.

Сделав несколько шагов к дверям, ведущим в комнату Хэйла, я покачнулась. Головокружение усиливалось. Мой дракон остановился и, не предупреждая, подхватил меня на руки.

Какой же он сильный. Мне нравилось это в нем. Несокрушимость. Наверное, не будь он так высок и крепок, я не обратила бы в трактире на него внимание. Но меня покорила эта суровость, невозмутимость.

Холодный взгляд. Казалось, передо мной не мужчина, а гора.

Повинуясь нахлынувшим чувствам, ткнулась носом в его шею и еще крепче обняла.

— Теперь ты скажешь мне «да», Айла? — не растерялся он.

— Тысячи раз «да», мой дракон, — не стала вредничать я.

— На все? — его голос стал тише.

— На все, Хэйл, — я потерлась щекой о его кожу. — Я выбрала тебя. Всегда буду выбирать только тебя!

— Моя девочка, — склонившись, он нашел мои губы.

Этот поцелуй не походил на предыдущие: в нем было столько мягкости и подкупающей нежности. Неги и томления. Предвкушения и обещания. Глухо застонав, я запустила ладони в его мягкие волосы. Пропустила их сквозь пальцы и зажмурилась от удовольствия.

— Мой огонек, — тихо шептал Хэйл, позволяя мне сделать вдох. — Я с ума сошел, когда столкнулся с тобой в трактире. Словно под дых дали. Следил за тобой. Увидел с Ульви и, казалось, рассудка лишился от ревности. Непонятная злость душила. Мне потребовалось собрать всю волю в кулак, чтобы уйти оттуда и не кинуться на, как оказалось, брата. Это было потрясение: никогда прежде я так на женщин не смотрел. Ты же заклеймила мое сердце одним лишь взглядом.