Какая разница? Я просто хочу помочь детям.
- Ты сейчас кого пытаешься обмануть?
Никого! Никого он не пытался обманывать. Таир вообще не понимал, почему он должен перед кем-то отчитываться. Пусть даже перед отцом. Он давно уже взрослый и сам вправе решать, что ему делать. И куда ходить.
- Это не обсуждается, – холодно заметил он."
"- Тебя заносит! Включи голову. К черту всю эту сентиментальщину!
- Я очень трезво мыслю, отец. Ты прекрасно понимаешь, как нам на руку то, что происходит, - устало вздохнул Таир и, чтобы поставить точку в неприятном ему разговоре, подтолкнул к креслу небольшой столик на колесиках, на котором еще с прошлой игры пылилась шахматная доска с расставленными на ней фигурами.
- По-моему, мой ход.
Игра шла неторопливо. Таир подолгу пялился на поле, но один черт совершал одну ошибку за другой. Его мысли были далеко-далеко… Вне этих стен и комнаты. В том времени, когда ему снова было двенадцать. В небольшой комнатке над хозяйским гаражом, которая на долгие шесть лет стала его домом.
- Как такое случилось? – допытывался отец о его приключениях на реке.
- Я же говорил. Лея просто свалилась в воду.
- Это я понял. Но ты очень рисковал, Таир! Очень…
- А что мне нужно было делать? Смотреть, как она тонет?
Отец открыл рот. В то время он носил пышные усы.
- Нет, но… Черт, сынок! Ты не можешь всех спасти. А что, если бы ты тоже свалился в омут?
Таир улегся в кровать и отвернулся к стенке. Даже двенадцатилетний, он понимал, куда отец клонит. Потому что чувствовал практически то же, что и тогда, когда очнулся после аварии и понял, что не может помочь зажатым матери и сестре выбраться из покореженной машины.
Они умирали на его глазах, а он ничего… абсолютно ничего не мог сделать. Их он не спас, несмотря на все усилия. Лее повезло больше.
- Все нормально, пап. Я крепко держался.
- Почему ты вообще за ней пошел? Ведь я велел тебе оставаться в кухне.
- Не знаю. Просто ей было плохо, и я…
Он не знал, что сказать. Просто поддался порыву. Было что-то такое в ее глазах, что он просто не мог оставаться на месте.
И даже вкусный торт стал ему поперек горла. Вот так…
- Ясно… Сынок?
- Да?
- Ты молодец. Я горжусь тобой.
Отец похлопал Таира по плечу. С его стороны это было высшим проявлением чувств. Не поворачиваясь, чтобы не расплакаться, как последний дурак, Таир качнул головой и буркнул что-то невнятное. Поддел ногтем чуть отошедшие обои. Ремонт в домике был отличный, но именно в этом месте имелся небольшой изъян.
