Я перевела взгляд на двери. А там… там были женщины. Разного возраста, разной комплекции и роста. Маги, чародеи и обычные люди. Кто-то побогаче, кто-то победнее. Они все шли сюда, ко мне.
Пять… десять…
— Нельзя толпой, — вмешался один из охранников, и они двинулись к дверям, стремясь остановить посетительниц. — В целях безопасности больше десяти человек нельзя.
Никандра тоже пыталась что-то сказать, но я лишь отмахнулась, глядя на несчастных жен и матерей, которые шли и шли. Сюда. Ко мне.
— Впустить! — приказала тихо, но твердо и медленно поднялась со своего кресла.
— Всех впустить.
Сколько их здесь? Я не могла сосчитать, да и не старалась. Не это главное. Их просто было много. Так много, что большой зал оказался практически полностью заполнен.
— Мы все те, кто потерял надежду на спасение наших родных и близких, — произнесла Динара. — Все те, кто ночевал в лечебницах, на коленях моля богов о помощи. И они прислали вас, княгиня. Именно вы вернули нам их. Вы спасли наших любимых."
"— Я… я никого не спасала, — слабо возразила я, чувствуя, как от волнения подгибаются ноги.
Я никогда не испытывала такого смятения! Клянусь! Всегда была собранной, уверенной, готовой на любые подвиги. Но не сейчас. Глядя в глаза этих женщин, я ощущала себя ничтожной песчинкой в море. И как реагировать на это все, понятия не имела.
— Так зачем вы пришли? — вмешался советник Алайс.
Женщины молчали, предоставив право Динаре говорить за них всех.
— У нас нет ничего, чем мы могли отблагодарить вас, княгиня, — проговорила она на правах старшей.
— Мне ничего не надо, — поспешно заверила я, сжимая и разжимая кулаки.
— Только наши жизни. И мы вверяем их вам, — громко и четко заявила Динара. — Клянемся, что никогда не предадим вас, будем служить верой и правдой. Жизни свои отдадим. Все как одна. Клянемся!
И все остальные громко, четко и в унисон повторили:
— Клянемся! Клянемся! Клянемся!
У меня даже коленки задрожали. Хотелось что-то сказать, ответить им, но я не представляла, что. Язык будто к небу прирос, а мысли в голове путались.
И тут снова вмешался Алайс. Он тоже встал со своего кресла. Застыв, раскинул руки так, словно хотел обнять всех, и торжественно произнес:
— Княгиня принимает ваш дар и вашу клятву!
— Пусть Судьба всегда будет на вашей стороне! Долгих лет, сил и процветания. Лучшей княгини мы представить не могли. Будем молиться за вас. День и ночь. До самого нашего последнего вздоха, — продолжила Динара.
— Я принимаю, — произнесла я тихо.
