Ее дивные формы, чуть постройневшие за время вынужденной диеты в Мальене, выпирали из мужских штанов и рубашки, притягивая взгляды не хуже магнита. Прическа леди представляла собой свернутое набок воронье гнездо, из которого во все стороны торчали взлохмаченные пряди.
Но главным было даже не это. Ее зеленые глаза горели неистовым огнем. Леди была похожа на разъяренную дикую кошку, в погоне за крысой продравшуюся сквозь плетень.
Пришедший в себя от остолбенения коннетабль бросился, желая помочь даме спешиться, однако она спрыгнула на землю сама.
Тот кинулся ловить- поддерживать, но леди Исельнир обожгла незадачливого поклонника взглядом и отчеканила:
— Подите к черту! — а потом обвела взглядом толпу, мгновенно собравшуюся на нее поглазеть.
И со словами:
— Где его величество Дитерикс?! — Иса пошла вперед к крыльцу.
— Эээ… Его величество король отсутствует уже больше двух недель… эээ… леди Исельнир, — затараторил вынырнувший словно ниоткуда мажордом.
— Тогда доложите королеве. Немедленно. Дело государственной важности. — резко скомандовала она, не сбавляя шага.
Видя, что толпа застыла, рявкнула во все горло:
— Живо!
Мажордома ветром сдуло. Толпа придворных молча застыла от неожиданности. Леди Исельнир здесь знали давно, очень хорошо успели изучить все ее привычки. Однако такой как сейчас, эту женщину не знал никто. С нее словно слетела вся шелуха, скрывавшая под собой стальной стержень.
* * *По коридорам Кроншейда Иса прошла, как была.
В пыльной, пропотнюченной мужской одежде, в сапогах. Ей было плевать, кто сейчас пялится на ее зад. Поймав, себя на мысли, с какой тщательностью ей всегда приходилось одеваться, сколько усилий прилагать, чтобы выглядеть «достойно», она искренне расхохоталась.
Пусть принимают ее такой, какая она есть! И если кому-то не нравится — привыкнут. Стало легко дышать, словно освобождение из плена в Мальене сделало ее свободной вообще.
Она не зря заранее отправила вперед мажордома с докладом, ей было, что сказать королеве.
Перед входом в покои леди Мариг стояли аренгартцы с алебардами, но на сей раз при ее приближении даже не шелохнулись.
Между ней и дверью была лишь лежавшая на пороге белая кошка. Иса уставилась на нее, кошка ответила тем же. Потом лениво встала и отошла в сторону, пристальный взгляд голубых кошачьих глаз и как бы говорил:
— Путь свободен. Но я за тобой слежу.
