Никак не могу отделаться от ощущения какой-то грязи, в которую меня окунули с головой без спроса."
"Ваня касается подбородка, хочет развернуть меня к себе, чтобы смотрела в глаза. А я не могу. Пока не могу.
Вдруг посмотрю и… поверю, прощу?
Слишком уязвима сейчас.
– Не трогай меня. Не после нее, – кошусь на пепельную выдру. Та снова цыкает, но ни слова не говорит.
Надеваю джинсы, сверкая задницей. У меня она не такая аппетитная как у Анечки. И грудь… тоже меньше. Я вся не такая. Меньше, глупее, доверчивее.
В коридоре останавливаюсь.
Забыла косметичку в ванной, а там мои вещи. И смазку еще надо Саньке вернуть.
Резко разворачиваюсь и натыкаюсь на Ваню. Он стоял так близко позади меня. Вдох – и начинаю плыть. Его запах обволакивает меня. В голове всплывают воспоминания: как мы целовались на последнем ряду в кинотеатре, как гуляли в парке до позднего вечера, как смеялись, думали над будущим.
Тысячи острых ножей и кинжалов разрывают грудную клетку, режут ее, кромсают.
– Я все равно тебя люблю, Ален.
Ты… простишь меня. Я сделаю так, что простишь.
– Никогда, Вань.
Открываю дверь и ухожу.
Не знаю, стоило ли устраивать скандал, вырывать ли патлы этой пепельной, уверена, они наращенные. Я ведь никогда не попадала в такие ситуации. Не знаю, как правильно или как следует.
Поэтому просто молча выхожу из его квартиры и медленно бреду до лифтового холла.
Внутри зияет огромная дыра, словно я словила пушечный выстрел в упор.
Лифт, как назло, едет медленно-медленно. Не хочу сейчас думать или рассуждать о произошедшем.
Только мысли все равно крутятся как шарики в барабане с лотереей. Мозги воспламеняются от их скорости, и голова раскалывается надвое.
На улице устойчивый мороз, снег прекратил валить как ненормальный, а сейчас я бы хотела закружиться в этом водовороте. Глядишь, занесло бы куда-нибудь далеко. Например, в другую страну, на другую планету…
Достаю свой телефон, набираю Шурке. Домой вернуться пока не могу, а у подруги можно переночевать. Все, как и обещала маме.
– Вы уже все, что ль? – задает свой вопрос, стоило ей ответить на звонок.
Волновалась, наверное.
– Мы с Ваней все. Больше не вместе… – говорю и чувствую, как щеки царапает холод.
Одна слеза скатывается, за ней вторая. Меня накрывает от произошедшего как лавиной. Нельзя уже остановиться, даже вдох сделать не получается.
– В смысле?
– Он был с другой. Пришел с другой, когда я там… свечи… палочки… себя готовила…
Перед глазами опять та картинка, а в голове их голоса.
