Назад в СССР 2

— Ладно, слезай, проверим, что там за дым на реке.

Трошкин стал спускаться, и уверенности у него в этот раз поубавилось. Спускаться по дереву всегда сложнее, чем карабкаться вверх. Я видел, как подрагивают его плечи, как он сопит.

— Осторожно! — крикнул я. — Не торопись. Ты молодец. Справился…

Вот до земли осталась всего пара метров. Почти все. Илья повис на нижнем ярусе веток и торжествующе глянул на нас сверху:

— Это было не сложно!

Илья слишком расслабился и непредусмотрительно наступил на сухой сук. У сосен нижние ветки обычно сохнут и отмирают.

Раздался треск, и Трошкин кулем полетел вниз. Приземлился на ноги, но тут же завалился на бок и стукнулся плечом.

— У-у-у! — завыл он. — Больно-то как!

Мы подбежали и осторожно помогли ему подняться.

— Рука! Черт! — стонал Илья.

— Скидай куртку! — скомандовал Петрович. — Где болит? Здесь?

— Ай! Не трогай! Да, здесь! Плечо!

— Похоже на перелом, — безрадостно заключил Петрович. — Что же ты, дурья башка, разве не знал, что на сухие сучья надежды нет.

Только ветки с хвоинками тело держат и не ломаются.

— Да откуда ж я знал? Я же в первый раз по деревьям лазил!

Так я и знал. Рука у Трошкина опухла и налилась краснотой. Петрович соорудил ему из палок шину и подвесил руку на шею, подвязав ее шнурком из ботинка:

— Домой тебе надо, в больницу.

— Нет, я с вами пойду, — мотал головой Илья. — Ноги целы, рука поноет и пройдет.

— Петрович прав, — возразил я. — Вдруг у тебя смещение, осколки или другая холера. Тьфу-тьфу. В больницу надо.

Придется тебе возвращаться, а мы дальше пойдем.

— Одному? Через лес?

— Да нет, конечно, Быков с тобой пойдет.

— Почему это я? — возмутился Антон. — Я с вами хочу мальчика искать.

— А больше некому, — пожал я плечами. — Петрович у нас за главного, и проводник, опять же, он. Погодин — единственный законный представитель власти.

— А на фига его удостоверение в лесу? — не унимался Тоха. — Пусть он Илюху и провожает.

— Нет, Антон, Погодин нам может пригодиться. Мало ли с чем придется столкнуться.

Не обижайся. Тебе придется вернуться.

Я подошел к Антону и тихо проговорил, чтобы слышал только он:

— Тут такое дело, Тоха, Погодин и Трошкин, они же, как дети малые. Их вдвоем в лесу нельзя оставлять. А за тебя я спокоен. Доведешь нашего раненого без проблем. А если этих вдвоем отправить, уверен, что потом и их еще искать и спасать придется. Будь другом, отведи Илюху обратно, ладно?

— Лан… — смягчился Антон, напитавшись чувством собственной важности.