Назад в СССР 2

— Что нового хоть в Союзе деется? — Аким как бы смахнул с себя пелену воспоминаний, заинтересованно поднял брови — не дежурный вопрос. — Я же людей только раз в три месяца вижу, и то рыбаков дремучих, когда в поселок их наведываюсь.

Я задумчиво поскреб затылок:

— Пока все мирно и спокойно, но мир помаленьку готовится сойти с ума. Солженицына гражданства лишили и в ФРГ выслали. В прошлом году теракт первый в Москве произошел. Националисты бомбы в метро взорвали. В Афганистане государственный переворот случился в апреле.

Чую, скоро наши войска туда введут. Бомбу нейтронную у нас разработали, в ноябре испытания. В общем, дальше жить будет веселее.

— А из хороших новостей есть что-нибудь?

— Четыре года назад БАМ строить начали, самая большая железная дорога в мире будет, конституцию в прошлом году приняли, “КаМАЗ” и “Ниву” стали выпускать — это автомобили новые, вечные будут. Олимпиада в Москве планируется в восьмидесятом. Сейчас там стройка развернулась — прямо глобальная.

— Ну дай бог, чтобы Союз здравствовал.

Я же на него зла не держу. Потому он и вечный, что все по струнке ходят.

— Ничего вечного не бывает, — улыбнулся я.

Сбоку я услышал шевеление.

— Дядя Андрей! — Олег сел на лежанку и хлопал на меня глазенками. — Это ты? Ты меня нашел!

— Привет, мужик! — я встал из-за стола и сел на кровать рядом с мальчиком. — Ну и переполошил ты народ! Как себя чувствуешь?

— Дядька тот, что к мамке захаживал, убил ее, а меня меня в лес отвез, — Олег насупился и часто заморгал. Его глаза заблестели.

Ему было очень важно сразу мне это сообщить — но проще-то от этого не становилось.

— Все позади, мы поймали его. Теперь он больше никому не причинит вреда. Скоро прилетит вертолет, и я увезу тебя… — хотел сказать, домой, но язык не повернулся, нет больше у него дома. — К бабушке. Будешь теперь с ней жить. Уверен, что она уже ждет тебя…

— Не хочу к бабушке! — неожиданно встрепенулся Олег. — Лучше сразу в детдом!

— Ты что такое говоришь? Она же родной человек…

— Не любит она меня, дядя Андрей.

Я когда у нее гостил, она всегда меня детским домом попрекала. Говорила, если буду баловаться, отдаст меня туда. Не хочу к бабушке. У нее одни санатории на уме. По несколько раз в год туда ездит, и наряды для этого специально покупает. А меня не замечает будто… Даже когда рядом…

— Ладно, Олег, ты парень взрослый, не хочешь к бабушке, значит, будем думать…

— На самом деле и в детский дом я не очень хочу, — тихо проговорил мальчик. На щеках его алел болезненный румянец.