Назад в СССР 2 (СИ)

Мы не знали, где именно хранит валюту и денежные средства Солдатенко, как он передает их в Москву для закупок, а это должно было стать весомым аргументов в обвинении. Мы не знали, кто такой водитель на черной Волге. Еще нам хотелось бы знать, был ли Солдатенко связан с бандой Шельмы, через погибшего Сычова и его брата. Мы не знали, где именно хранит валюту и денежные средства Солдатенко, как он передает их в Москву для закупок, а это должно было стать весомым аргументов в обвинении.

Мы распеделили между собой эти три задачи.

Я должен был заняться выяснением личности «курьера-киллера», а Тема установлением связи между Шельмой и нашим врагом. Мы должны были заняться этим пока Элен готовит тест статьи, а потом все вместе собирались заняться выяснением сособов перевозки денег и их хранения.

У Элен были свои идеи, как выяснить пути перевода или доставки денег. Но она пообещала ничего не предпринимать без нас.

— Нормальненький у нас, тройник полуается. Спасатель, журналист и дружинник, — поулыбалась прощаясь Элен в конце тяжелого дня.

Мы расстались, Тёма повез Элен домой на мопеде, а я зашагал пешком по вечернему городу.

Эмоциоанлное напряжение отступило, я раслабил плечи и насладждался чистым ветерком. Начинал моросить темпый октябрьский дождик. Только сейчас я заметил, что ноги гудели от усталости.

Мой план начал приносить свои плоды. Итак, меньше чем за месяц я съездил в Москву и узнал про то, что Короленко не то, что перестал заниматься прошлыми промыслами, а наоброт расширил бизнес-империю Солдатенко.

Я узнал многое, про то, как утроена его нелегальная корпорация и уже понимал, как нанеси ему удар, который должен привезти к необратимым последствиям.

Я собрал прекрасную команду, которая мне доверяла и готова была идти со мной в огонь и в воду, не только в моем родном городе, но и в Москве.

Поспособствал скорейшему вызволению Николая Ивановича из тюрьмы и восстановлению его в должности. Мы очень откровенно переоворили с моим начальником о Солдатенко и обо всем что произошло в его отсутвие.

Я не стал расстраивать старика расказами про запугивание и покушения на убийство, но он и без меня теперь понимал, что Солдатенко пошел в открытую конфронтацию и был готов на любую гадость.

Мне хотелось дать Николаю Ивановичу передышку, поэтому так же пока не стал ничего говорить о планах свзяанных с публикацией материалов.