— Как-то странно, вы проповедуете отречение от земных благ и сами нарушаете свои заветы, — продолжал я наседать.
— Любовь не благо — она приводит к деторождению, которое никак не идет в разрез с моими убеждениями. Мы плодим себе подобных. В этом и есть предназначение человека и природы.
О как запел герой-любовничек. Оказывается, не снегом единым…
— А не боитесь, товарищ Погибов, что муж этой гулящей все узнает? Про ваши грандиозные планы на деторождение?
— Против природы не попрешь. Все мы дети Земли, — включил Иван режим проповедника, а потом сам перешел в наступление.
— А позвольте поинтересоваться, зачем вы подглядываете за чужими окнами?
Ага… Значит, он еще не обнаружил, что замок в его погребке вскрыт. Предъявил нам только слежку.
— В целях безопасности той самой женщины, которая была у вас. Вы прекрасно знаете, почему мы здесь, по какому делу.
— Вы все-таки считаете, что я причинил вред тем пропавшим?
— Я так не говорил, но нам довольно-таки любопытно было наблюдать, как к вам в поздний час заявилась гостья.
Смотрелось это подозрительно, после всех ваших заявлений. Мы должны были убедиться, что с ней ничего не случится. Служба такая, понимаете ли.
Если он ждет моих извинений, то не дождется. Он мне не начальство, козырять перед ним не буду.
— В следующий раз спросите меня об этом в открытую и не прячьтесь. Спокойной ночи, товарищи милиционеры, — гуру развернулся и вошел в дом.
Последнюю фразу он произнес с какой-то издевкой. Будто знал что-то о нас такое, о чем мы сами не подозревали.
Но делать нечего, мы с Катковым направились домой.
— Как он нас разглядел? — недоумевал Алексей. — И кто это женщина, что была с ним?
На этот раз я знал не больше, чем он.
— Понятия не имею, самому интересно. Жалко, в темноте лица не видно было.
***
Я рассказал Горохову о своей вылазке в “стан врага” путем незаконного проникновения в жилище. Думал, тот будет меня корить, но получилось все наоборот:
— Молодец, Андрей, только почему меня не предупредил?
— Так вы в райцентре были, — включил я дурачка.
— А тянуть было нельзя. Я же не знал, что под домом — еще дом. Думал, этот нудист скелеты там свои из шкафа прячет.
— Интересный субъект, — Горохов потер виски, помогая мозгу лучше думать. — Пенсионер КГБ… Вот это поворот. Завтра через участкового передам запрос на Погибова. Нам нужна полная информация по нему, хоть пока нам и нечем за него зацепиться.
— Информация, наверное, засекречена, — предположил я.
— Значит, рассекретим, — пожал плечами Горохов.
