– А я вызов спишу в номенклатуру, мол, информация не подтвердилась. Приехал на место – ни заявителей, ни хулиганов нет. По собственному почину разбежались.
– Спасибо, дядь Петь, должен буду…
– Тебе спасибо, Андрюха.
– А мне-то за что?
– Хоть кто-то в нашем гадюшнике порядок пытается навести.
Я с искренним недоумением на него уставился. Ну, не мордобой же он имеет в виду?
– Ты это о чем?
Осинкин хитро прищурился:
– Думаешь, я не понимаю… Сейчас ты здесь с фарцовщиками закусился, что под Сафоновым ходят, а в тот вечер, когда на него напали, я вас видел на крыльце Управления.
С тобой еще тип странный был, неразговорчивый. У которого морда протокольная и взгляд холодный, как зима на Чукотке."
"– Не пойму, к чему ты клонишь, дядь Петь, – я попытался включить дурачка, на всякий случай.
– Понимаю, что дела у тебя не для огласки. Только я не дурак. Все вижу. Сафонов ранил одного в правую руку. Лица он его не видел. Мы потом всем личным составом по больницам и травмпунктам рыскали в поисках такого раненого.
Огнестрелы в руку не каждый день случаются. Слава Богу, не нашли.
Да уж, звучало такое странно, если не сказать – двусмысленно. Да и наблюдательности такой я от него не ожидал – недооценил коллегу.
– А ты поморщился от боли, когда руку я тебе правую пожал. Да ты не боись. Тебя не выдам. Раз ты решил под Сафонова копать, значит, есть веские причины. Эту гниду давно приструнить надо.
– Спасибо, дядя Петя. Тогда, если что, могу я рассчитывать на тебя?
– Прости, Андрюха. Мне до пенсии хрен да маленько.
А у меня семья. Не могу я ими рисковать. Был бы как ты – в поле ветер…
– Да ладно, я все понимаю…
– Помочь смогу, но разве что советом. Или информацией какой. По-дружески.
– И на этом спасибо. А сейчас пожми мне еще раз руку. Чтобы хлыщи видели. Да не дави ты так, рана болит… Больше для виду. Вот. А теперь уезжайте.
– Ты что задумал, Андрей? – обеспокоенно спросил Осинки, косясь на фарцовщиков. – Не лез бы ты к ним, от греха подальше.
– Не боись, дядь Петь, если что – я тебя не видел, ты меня тоже…
– Бывай, Андрюха, – капитан вернулся к машине.
“УАЗ” скрежетнул коробкой передач и, выплюнув облако дыма, укатил с площади.
– Какие планы? – тут же спросил Антон.
– Будем продолжать ворошить осиное гнездо, – ответил я. – Раз уж начали. Нам нужно, чтобы шершень показался.
– Что ты придумал? – обеспокоенно спросил Антон.
– Увидишь.
Мы вернулись к фарцовщикам. Те сидели на лавке и уже не щипали за зад девчонок, не гоготали и не плевали в фонтан.
