— Мужики! — Сергей подлетел к столу и залпом опустошил стакан воды, который я перед этим налил себе и еще не успел выпить. — Мне пи**дец!
— Что случилось, Серега? — я нахмурился.
— Березов сбежал!
— Как — сбежал? — в один голос с Погодиным воскликнули мы.
Подвох, откуда не ждали
— Он стал про адвоката рассказывать. Признался, что он его порешил за дочь.
— Ну, это мы уже в курсе, — кивнул я. — А сбежал-то как?
— Мы его с прокурорским повезли на место происшествия для проверки показаний на месте. Со мной еще двое напарников.
Привели его в квартиру адвоката. Он должен был под протокол с понятыми показать, как убивал Слободчука. Всё как положено.
— Ну? — не выдержал Погодин. — А дальше?
— А дальше чертовщина какая-то. Он в наручниках был. Прошел в комнату, сказал, что так и так, там с потерпевшим сначала разговор вел. Стал долго пересказывать нам в деталях, как ненавидел эту падлу. Как они повздорили.
— Но ведь тело Слободчука в прихожей обнаружили? — заметил Погодин. — Будто он дверь открыл и его с ходу ножом прямо в сердце саданули.
"
"— Да, помню я это, — отмахнулся Вахрамеев. — Но мы его не тормознули. Ведь столько времени молчал, подумали, пусть все сначала выложит, а потом нестыковки устранять будем. В общем, убаюкал он нашу бдительность. Я за ним хвостиком ходил. Двое на дверях. Следак с планшеткой протокол корябал. Потом Березов в туалет попросился. Не хотел я его пускать, но он пригрозил, что если не справит потребность срочную, то ничего больше показывать по делу не будет.
Ну, опять же, мы не истязатели ведь. Я повел его в сортир, а дверь оставил открытой. Стою, ему в спину смотрю, как он струю пускает. А он оборачивается и говорит, гражданин начальник, прикрой дверь, перед понятыми неудобно, женщина там. Мне, честно говоря, тоже не комильфо смотреть на ссущего мужика. Я чуть дверку-то и прикрыл. Куда он денется-то из коробки в наручниках? Но не до конца прикрыл на всякий случай. И шпингалет перед этим выдвинул, чтобы он закрыться внутри не мог.
Всё по уму, понимаете. Слышу, что-то там у него щелкнуло. Звук до боли знакомый. Я дверь распахнул, а он уже без наручников. Ногой под дых мне двинул и к двери рванул, чуть следака не затоптал. Я за кобуру, да, какой там! После удара ни вздохнуть, ни вскрикнуть. Так дыхалку сперло, что думал, коньки отброшу. А Березов в прихожке, как буйвол пронесся. Раскидал моих хлопцев, словно котят. Те даже за стволы схватиться не успели. Выскочил пулей — и вниз по лестнице.
