— Да что тут у нас смотреть? Ну, на ГЭС съездите. Комсомольцы такую махину отгрохали. Со всей страны приезжали. А так, у нас ничего особенного. Глубинка. Тишь да благодать.
Я даже шагнул к окну, как будто собирался удостовериться, что ничего тут интересного нет.
— А я слышал, что у вас с раскрытием убийств проблемы. Много темных висит.
Караваев поморщился:
— А вы отлично осведомлены, Андрей Григорьевич, но с убийствами мы сами разберемся. Потерпевшие — люди обычные, не ваш профиль, так сказать.
— Позвольте полюбопытствовать, Михаил Олегович.
Сколько за последние два года у вас висяков с убийствами?
— Навскидку не скажу, — отмахнулся Караваев.
Неужели начальник милиции не знает о таких тяжких темнухах на своей территории? Что-то здесь нечисто, — подумал я, а вслух произнес:
— Тогда, если не возражаете, я переговорю по этому поводу с начальником вашего розыска. В каком он кабинете обитает?
— В десятом, — наморщил лоб Караваев. — Только какое отношение это имеет к Дицони?
— Никакого, просто хочу попробовать коллегам помочь, так сказать, в качестве обмена опытом.
Конечно, выполнять чужую работу я вовсе не собирался, а щупал подполковника, давя на больную мозоль. Его слабое место — куча нераскрытых убийств, о которых я узнал заблаговременно, когда просмотрел статистику по Зеленоярску перед отъездом. Хотел понять, какие криминальные веяния царят в этом городке.
— Спасибо, конечно, Андрей Григорьевич, но по делам работал наш лучший сыскарь Вахрамеев. Не думаю, что вы сможете нам чем-то помочь.
— Посмотрим, — улыбнулся я и пожал начальнику ГОВД руку. — До скорой встречи, Михаил Олегович.
Я вышел из кабинета и направился к начальнику розыска. Но того не оказалось на месте. Сослуживцы сказали, что он в областную управу уехал. Некого сыщика Вахрамеева на месте тоже не было. Создавалось ощущение, что они от меня прятались. Ну не исчезли же они, как в булгаковском домоуправлении при “нехорошей” квартире!
Вполне возможно, что притаились намеренно. Если Караваев им позвонил и дал соответствующую команду.
А может, я просто себе надумываю лишнего. Черт его знает.
Вернулся в гостиницу «Меридиан» и прямиком направился в ресторан. Нужно побеседовать с персоналом. Может, помнят они, как Дицони у них тарелки бил. Или что он там делал? На столе танцевал? Узнать не мешает.
Глава 6
Но оказалось, что ресторан закрыт средь бела дня, хотя тут же на двери указано было, что работать должен с десяти до двадцати трех. Я подергал стеклянную дверь — все глухо.
