Повернулся, пошел к администратору гостиницы спросить, что за вольный график у их общепита. Почти уже очутился в холле, как услышал сзади щелчок замка. Обернулся и увидел, что, дверь ресторана открылась, и оттуда выскользнула широкозадая тетя с пухлыми загребущими руками. Она быстренько замкнула дверь и поспешила к выходу, еле волоча увесистую сумку из пюрешно-желтого кожзама.
— Гражданочка, — окликнул я ее. — Милиция. Постойте.
Тетка охнула и выронила сумку. Оттуда выкатилось колечко колбасы. Судя по раздавшимся дерматиновым бокам, в сумке такого добра было битком.
Она даже не застегивалась."
"Я подошел, поднял сумку и вручил ее женщине. Та хлопала на меня выпученными глазами, будто увидела привидение.
— Чем же я так вас напугал? — улыбнулся я, налаживая контакт с возможным свидетелем. — Давайте вернемся в ресторан, у меня к вам есть вопросы.
— Так зачем вопросы, товарищ милиционер? Это вот возьмите для Виктора Петровича. Привет ему большой от заведующей ресторана, — тетка протянула мне сумку обратно.
— Я не из ОБХСС, я вообще не из местного ГОВД. В командировке здесь, из Москвы приехал.
— Фух! Напугал ты меня, соколик, я-то думала… — тетка оживилась, и глаза ее встали на место.
Теперь она не напоминала мадагаскарского лемура, а, наконец, стала похожа на типичного работника советского общепита.
— А ресторан почему не работает? — поинтересовался я, разглядывая висевшую возле входа рисованную стенгазету «Молния», где говорилось о том, что сантехник Иванов бессовестно позволяет себе прогуливать рабочие дни, тем самым подставляя под удар номерной фонд гостиницы.
Дальше говорилось, что на прошлой неделе на третьем этаже прорвало кран, и экстренно устранить аварию удалось только благодаря одному из проживающих — по фамилии Рукосуев. Под текстом фломастером был нарисован отважный постоялец в тельняшке, что грудью закрыл напор воды, хлещущий из крана, как из пожарного брандспойта, а ниже лежал в обнимку с бутылкой человек с красным носом и разводным ключом (очевидно, прогульщик Иванов).
— Так в шесть снова откроем, — выдохнула тетя, — раньше народ не собирается. Клиентов нет.
— Отлично. Считайте, что я клиент! Пройдемте в зал, поговорим.
Тетка не решилась включить стандартный режим халды-общепита, все же я не простой клиент, а власть. Хоть и не колбасу ее караулил, но в случае чего могу ведь и сообщить куда надо.
Она снова отперла дверь ресторана, и мы вошли внутрь.
