— Так она же замужем! — я изобразил недоуменную мину, но сам понял, что получилось не очень.
От мыслей о Свете щекотнуло в груди.
— Муж — не стенка, подвинется… — подмигнул шеф.
— Все-таки вы подумайте, Никита Егорович, — вернул я разговор в старое русло. — Не хочу я рулить, в начальники не стремлюсь. Я гончая. И со здоровьем у вас все в порядке. Почему уходить собрались? Сверху давят?
— Да нет, — хитро прищурился Горохов и громко вздохнул. — Ах, ладно… Щас, погоди.
Он достал из кармана гладкого пиджака фотокарточку и протянул мне:
— Красивая?
Со снимка смотрела улыбчивая женщина средних лет.
Миловидная, но не красавица. Я сразу узнал ее. Это была Лена из канцелярии Петровки, 38.
— Ого! Когда успели?
— Уметь надо, — расплылся в улыбке Горохов. — Вернусь в Москву, предложение сделаю. Ждет меня.
— Так вы из-за женитьбы, что ли, уходите?
Шеф многозначительно пожал плечами и хитро улыбнулся.
— Так семья не помеха работе, — продолжал я мягко напирать.
— Разве?
Тут я, конечно, слукавил, но мне хотелось любыми способами удержать Горохова на службе.
Не знаю даже, почему. Как это выразишь? Наверное, весь наш коллектив стал для меня чем-то вроде второй семьи. Даже, я бы сказал, первой. Вот и Света сегодня Никиту Егоровича вовсе не для красного словца отцом назвала. Здорово сплотились мы на этой странной работе.
— Вы все-таки еще подумайте, Никита Егорович. Отпуск возьмите на свадьбу, потом больничный. Отдохнете, развеетесь. И вернетесь на службу. Что вам дома делать?
— Эх… Знал бы ты, что мы будем делать, — крякнул Горохов, мечтательно закатив глаза, таким счастливым я его давно не видел.
— Ну, пожалуй, ты прав. Пока амуры в голове, не могу соображать дельно. Возьму отпуск, а дальше видно будет. И кстати, — Никита Егорович понизил голос, хотя на крыльце никого не было. — Скажу тебе по секрету, в Москве документы готовят тебе на квартиру.
— Какую еще квартиру? — опешил я.
— Ясно, какую. В качестве поощрения за заслуги перед отечеством, так сказать, тебе целую двушку выделяют.
Несмотря на то, что ты не женат. Только — я ничего не говорил. Генерал сам лично хочет ордер тебе вручить. Торжественно и чинно, так сказать.
— Ого, — озадаченно почесал я затылок. — Хорошая новость.
— А то! Не все же тебе по общагам мыкаться. Заслужил. Будет куда жену привести, — Горохов многозначительно кивнул в сторону ресторана и по-молодецки пульнул щелбаном бычок за крыльцо."
"Мы вошли внутрь. Следующим тост сказал я.
