Я тогда подумал, что ты слишком близко к сердцу работу свою воспринимаешь, не бережешь себя, но не понял, при чем тут вагон угля, вот и запомнилось. А теперь ясно стало. Инга пробуждалась, когда Вера сталкивалась с психически травмирующим фактором. Триггером, по науке. Ты как бы приходила на помощь своей более слабой личности. Мстила за вас обеих. Я прав?
В ответ Инга-Вера лишь скривилась и сжала кулаки. Это было странное ощущение — сейчас я видел их обеих.
— Мда-а… Если бы сам не увидел, никогда бы не поверил. В одном человеке две личности.
Как такое вообще возможно? Света, давай отойдем, — я потянул за локоток Психологиню.
Мы вышли из кабинета, а внутрь запустили сержанта, приглядеть за маньячкой.
— Смотри в оба, — кивнул я конвойному.
Я плотно прикрыл за собой дверь и спросил:
— Ты ей веришь?
— Да, — кивнула Света. — У нее классическое диссоциативное расстройство идентичности.
— Чего, блин? Шизофрения, что ли?"
"— Нет, это совершенно другое. Психическое расстройство, при котором идентичность человека не является целой, и со стороны кажется, что в теле одного человека существует несколько совершенно разных личностей.
Две и более, представляешь? При этом в определённые моменты в человеке происходит «переключение» — одна личность может сменять другую. Более того, одна из личностей может доминировать и влиять на поведение в целом. А вторая, подавленная, вообще может не знать о существовании доминанты. У них могут быть разные вкусы, разные воспоминания, знания и даже привычки. Здесь так и вышло.
Я вызвала вторую личность Веры, использовав триггер с карточной игрой. Ее память блокировала негативные воспоминания, но пусковой крючок со словом «тысяча» спровоцировал болезненные воспоминания и подавил слабую личность, позволив выпустить наружу альтер эго. Я вызвала Ингу.
— Теперь ясно, почему маньяк раскладывал карты на трупах не в соответствии с их достоинством.
— В каком смысле?
— Вера, или Инга, кто там из них, не знаю, не слишком сильны в данной игре. Играли один раз и не особо запомнили правила.
Сначала, на первой жертве, появилась девятка, затем десятка — и только потом пошли «картинки». В тысяче девятка самая маленькая карта по достоинству, это да, ноль очков приносит, а вот десятка по очкам больше, чем валет или даже король. Туз — да. Больше всех очков приносит, его она положила на Щукина, не пойму, почему вообще она его убила. По логике вещей, это должен был быть Воеводин.
— Да, она шла к нему, но Воеводина убил Пичугин.
