Чтобы дождалась меня, но Валя не дождалась, вот с таким же студентом, как ты, спуталась, курва.
Тезка хряпнул по столу кулаком. Его рак испуганно дернул клешнями.
— Ага, все бабы дуры, — заявил я, стараясь держаться на одной волне с собеседником.
— Вот… Только ты меня, брат, понимаешь, — дзюдоист снова меня обнял одной рукой. — А знаешь! Скоро все изменится! Валька локти кусать будет. Я не только телевизор куплю, но и магнитолу японскую. И ковер новый на стену.
— Какие твои годы, — кивнул я. — Конечно, накопишь.
Ведь он именно про это и говорил, так? Конечно, я уже давно смекнул, что ждать мой собутыльник не собирается."
"— Не-е… — покачал он головой, подтверждая мои думы и подогревая любопытство, — Тут долго копить придется. Другая есть тема. Только, тс-с… — Дюша приложил указательный палец к губам и заговорщически на меня посмотрел, потом подмигнул. — Тока между нами Андрюх, л-лан?
— Обижаешь! — взбрыкнул я. — Конечно, я — могила.
— Тренер наш предложил подзаработать. Ты думаешь, они просто так с мужиками вместе собираются, ради дзюдо? Они делами серьезными занимаются, Андрюха.
Вот меня, вроде, тоже хотят к себе подтянуть. А я не против. Да я ради магнитолы, и чтобы Валька увидела… У-ух!
Парень снова хлопнул по столу кулаком. Однако, развезло его прилично на голодный желудок. Это гут. Контакт налажен.
— А что за дело-то? — осторожно спросил я, придвинувшись к нему еще поближе, якобы для конфиденциальности. — Надежное? Может, и меня к себе возьмете?
— И возьмем! — хлопнул меня по плечу собутыльник.
— Палыч к тебе только присматривается. Если понравишься ему, то такую же татуировку будешь носить. Понял? А дело, дело такое…
Но, как назло, договорить ему не дали.
— Андрюха! — за спиной раздался возглас, я поначалу думал, меня кто-то зовет, но мой новый дружок обернулся и как-то сразу помрачнел.
К нам подошел квадратного вида мужик с глазами хитрого Мюнхгаузена, но с мордой отнюдь не баронской. Красный нос картошкой, золотые зубы, кепка Ильича и кримпленовый пиджак цвета старого носорога.
Незнакомец бесцеремонно втиснулся между нами и по-свойски положил массивную руку на плечо Дюше, так что тот под ее тяжестью ссутулился.
— Ты мне долг когда отдашь, Дрюня? — с ехидцей проговорил красноносый.
— Штырь, да на той неделе, все верну, зуб даю, — замотал головой Дюша. — Мне просто премию в этом месяце зарубили, я ведь на работу несколько раз проспал, меня еще и в стенгазете нарисовали, до кучи со всеми опоздунами.
