— Я что-то пропустила? К нам на вскрытие не поступал четвертый… Уж я бы знала. Ты ничего не путаешь?
— Так его еще не нашли, — язык Феди развязался под действием вина и прекрасной девушки рядом, он наклонился и что-то прошептал ей на ухо, судя по всему, поведал о письме маньяка.
Ну вот, и этот с дамами о трупах беседует. Плохо я влияю на друга.
— Странное обращение в виде считалочки, — пожала плечами Вера. — Белка — это, получается, Белкин?
— Ага, — кивнул Федя. — Пропал мужик, и, скорее всего, уже мертвый где-то лежит.
А вот где его тело искать, хрен поймешь. Он природу любил фоткать. Ну, прочесали леса. Завтра опять группу собираем из добровольных помощников, местной милиции и солдатиков. Но пока все без толку. Слишком много у вас тут лесов вокруг Михайловска.
— В считалке ещё фигурирует «царский дом», — озадаченно проговорил я. — Мне кажется, это ключ к разгадке. Но местный сотрудник Жмых сказал, что не знает ничего такого.
— Белка прыгала, скакала, а на ветку не попала, а попала в царский дом, — продекламировал Федя.
— Мне этот стишок уже скоро сниться будет.
Света тихо вздохнула — мол, неужели мы шли в ресторан, чтобы и здесь о делах разговаривать.
— Погодите, — Вера задумчиво смяла салфетку и поджала губы. — Царский дом — это так мы называли в детстве заброшенный санаторий «Металлург». Он в пяти километрах от города, в лесу.
— Там мы тоже смотрели, — кивнул я. — Не нашли ничего. А кстати, почему вы его царским домом называли?
— Да никаких особенных легенд.
Многие так про него говорили. Его построили еще в тридцатые годы, в шикарном архитектурном стиле. По-сталински. Колонны, барельефы. Ну чем не дворец? Чем не царский дом? Мы там в детстве играли в прятки. Добирались туда на велосипедах. Во время войны в санатории разместили госпиталь. Но фашисты его разбомбили, и с тех пор он заброшен. Ну, а Хрущеву такие дворцы не нравились, сами знаете — перегибом считалось. Вот и вышло, что санаторий так и не восстановили.
— Думаю, нам следует там поискать более тщательно, — кивнул я.
— Спасибо, Вера.
Принесли горячее, и мы все дружно взялись за неожиданно аппетитное угощение. Может, осьминогов тут и не было, но звание ресторана «Приморье» оправдывало.
* * *На следующий день я рассказал все Горохову, и, несмотря на субботу, мы всей группой немедленно выдвинулись в заброшенный санаторий. Строение поражало величием и былой роскошью. Огромное крыльцо с множеством широких ступенек, арки с барельефами, статуи.
