Назло громам

 — Ну вспомни, что я (лично я!) рассказывал тебе о поездке Евы Ферье в Германию в 1939 году. Когда она ездила вместе с Гектором Мэтьюзом, им все время кое-что дарили. Помнишь?

— Однако миссис Ферье никогда не носила этот подарок сама, а всегда передавала его Мэтьюзу. Он носил его для нее. А теперь вернемся в эту комнату на семнадцать лет позже. Оглянись и поищи ловушку. Неужели ты не понимаешь, мой глупый шутник, что секрет убийства миссис Ферье можно выразить двумя словами?

— Какими двумя словами?

Паула Кэтфорд вскрикнула, отчаянно протестуя, однако Хатауэя это не остановило.

Неловко подпрыгивая, он целенаправленно двинулся к большому письменному столу и, протянув руку, включил хромированную настольную лампу.

В белесом воздухе кабинета появился яркий желтый свет. Несмотря на то что большая часть кабинета по-прежнему оставалась в полутьме, Брайан отметил, что, как и вчера, этот свет оживил атмосферу. Слева от пресс-папье и пачки листов рукописи стояла хрустальная пепельница, а справа еще более явно была видна ваза с розами.

— Какими двумя словами, спрашиваешь? — Воздух со свистом вырывался из ноздрей Хатауэя. Осторожно, дрожащими руками он взял вазу китайского фарфора с красными розами в ней. Так же осторожно, победоносно вернулся к столу, стоявшему в середине кабинета, и поставил на него вазу. — Отравленные цветы, — объявил он.

— Эти цветы? — удивился Брайан.

— О нет! Это — ни в чем не повинные розы. Они тоже из сада, что находится с восточной стороны дома.

— Полагаю, на них было достаточно нитробензола для убийства? Предполагалось, что жертва будет сидеть рядом с ними, вдыхая их запах ровно столько, сколько она будет дышать? Верно?

— Миссис Ферье была отравлена, вдохнув запах нитробензола, замаскированный запахом роз из букета и ее собственных духов с ароматом розы. Это так?

— Да, так, — снова прозвучал голос доктора Фелла.

В книге Томпсона на сто двадцать четвертой странице приведен случай, произошедший несколько лет назад с уличным торговцем в Стоквелле. Этот человек, продававший с тележки сирень и душистую лаванду, однажды стал вести себя так, словно был пьян или находился под воздействием наркотиков. Начал громко и странно говорить, потом толкать свою тележку все быстрее и быстрее, пока не побежал вместе с ней и в конце концов, покачнувшись, упал без сознания.