Назло громам

Немногочисленные постояльцы отеля уже вернулись — кто из театра, кто из ресторана или ночного клуба. Ресторан еще работал. Хромированная стрелка на часах над регистрационной стойкой в фойе отсвечивала кремово-оранжевым и черным цветами, приближаясь к половине одиннадцатого. Хатауэй потащил своего спутника к лифтам.

— Скоро мы убедимся, — объявил он, — что лучше: мое тщательное планирование или рассеянный ум Гидеона Фелла. Кстати, тебе когда-нибудь доводилось встречаться с мисс Паулой Кэтфорд?

— Но может быть, ты видел ее фотографию?

— Насколько помню, нет.

— Ага! Так вот, если ты посмотришь туда, куда я тебе показываю, — вон туда! — то тебя ждет сюрприз.

Один из лифтов резко спустился вниз, его зеленая дверь открылась, и Брайан от неожиданности даже остановился. Хатауэй был прав: Брайан предполагал, что журналистка, объездившая чуть ли не весь свет, должна быть сильно накрашенной самовлюбленной дамой крепкого телосложения, с заученными жестами и резким голосом, потому, увидев Паулу Кэтфорд, был просто потрясен.

Из лифта вышла скромная, благообразная черноволосая девушка; ее высокая и стройная, с немного округлыми формами фигура и манера держаться производили очень приятное впечатление. Ее скорее можно было назвать девушкой, чем дамой, хотя, судя по всему, ей должно было быть около тридцати. Паулу нельзя было назвать красавицей, но цвет лица и большие глаза делали ее очень привлекательной. Если бы не модная одежда, ее можно было бы принять за дочь приходского священника, приехавшую на каникулы.

Девушка поспешила к Хатауэю, на ходу укладывая в сумочку ключ от номера.

— Я опоздала, сэр Джералд?

— Нет, что вы, напротив, милая леди, вы пришли на пять минут раньше. Но прежде всего я хочу принести вам мои извинения.

— Но послушайте, вы не должны этого делать. Вы такой известный и занятой человек, я же не привыкла к такому большому вниманию.

Хатауэй аж затряс бородой от галантности:

— Милая леди, было вообще неприлично вытаскивать вас сюда из Стокгольма, не объясняя ни слова, потом пригласить вас на обед и звонком отменять его… Это все из-за негодника Иннеса!.

.

Дружески улыбнувшись, Паула протянула Брайану руку:

— Мистер Иннес? Очень приятно. Сэр Джералд никак не мог вас найти.

— У него дома, — недовольно продолжил Хатауэй, — мне сказали, что он должен вернуться семичасовым самолетом. Когда в восемь его по-прежнему не было, я был вне себя и просто не мог находиться среди людей; тогда я отправился бродить по улицам, чтобы спустить пары.