Назло громам

Там даже сделали маску с ее лица. Мистер Иннес, вы кому-нибудь об этом говорили?

— Нет, я только что об этом узнал. Все произошло меньше чем за полчаса.

— Тогда никому не говорите! Обещаете?

— Я не могу сказать, в каком настроении может быть Десмонд. Ваша Одри Пейдж кажется довольно приятной девушкой. Я уверена, что это так, и знаю, что вы ее очень любите, — тут Паула заговорила громче, — но именно из-за нее произошло много бед, и, может быть, Десмонд пытается… пытается наказать ее, решив немного попугать.

— Так вот оно что! Это тоже из разряда его шуток? — В словах Брайана прозвучало скрытое оскорбление, что было словно пощечина Пауле.

На этот раз такая чуткая и хрупкая Паула, столь чувствительная к реакции других людей, видимо, недооценила эффекта, который желала произвести. Она вдруг рванулась вперед:

— Погодите! Куда вы?

— Нет, вы не должны. Я вам не позволю!

Наружная дверь в квартиру все еще оставалась открытой настежь, и сквозь нее проникали запахи пищи. Издалека доносились приглушенные звуки работающего телевизора.

— Брайан, я прошу, я умоляю вас! Вы всего не понимаете!

— Я ничего не понимаю! Отойдите от двери!

— Меня не волнует полиция. Прошлой ночью, когда на пол разлили серную кислоту, я поднял вас на руки и перенес в сторону. Мне повторить это сейчас? Отойдите от двери!

— Я очень не хотела этого говорить, поверьте, пожалуйста, я действительно очень не хотела, но вас должна волновать полиция, после того как вы и доктор Фелл рассказали обыкновенную неправду — иного слова не подберу! — об Одри Пейдж.

— Что вы имеете в виду?

— Вы забыли, что в то утро на вилле я тоже была наверху — очень даже живая и проснувшаяся, — в то время как вы с доктором Феллом находились в комнате сэра Джералда Хатауэя? И тогда вы рассказали ему по секрету то, что на самом деле произошло в кабинете перед тем, как Ева разбилась насмерть. Если полиция узнает о том, что было, и что Ева говорила Одри, то не отправится ли Одри прямиком в тюрьму, где она, возможно, и должна находиться?

От этих слов Брайан замер на месте.

Он смотрел на Паулу, внимательно изучая ее.

Словно бросая ему вызов, Паула повернула ручку двери и приоткрыла ее на несколько сантиметров, по-прежнему придерживая рукой, оставаясь на страже. Из коридора доносились знакомые звуки.

Выражение лица Паулы стало еще более решительным.