Назови меня по имени, или Укротить миллионера

А вспомнив, где именно девчонка его купила, приостановил поиски и заглянул в кухню. Она что, отравить нас удумала?

Войдя в кухню, я прикрыл ладонью нос. Над кастрюлей клубился пар, с которым не справлялась вытяжка. Сеструха же совсем не обращала внимания, какой отвратительный запах стоял в квартире. Она задумчиво чистила картофель, поджав при этом губы. Словно посетившие ее мысли были совсем не радостными, возможно, даже злили.

— Ты ничего странного не замечаешь?

— Нет, — девчонка подняла голову и растерянно взглянула на меня.

Я не стал демонстративно закатывать глаза, хотя очень хотелось. Да и ссориться не было никакого желания. Поэтому первым делом открыл окно, откуда тут же повеяло аромат свежей выпечки, а затем направился к плите и выключил ее.

— Рома, можешь быть внимательнее? — устало произнесла сеструха. — Я тут вообще-то обед варю.

— Мы это есть не будем, ласточка, — произнес твердо и, взяв лежащую неподалеку тряпку, отодвинул подальше кастрюлю.

— Ну и что это значит? — девчонка опустила руки и впилась в меня требовательным взглядом.

— То и значит. Это не еда, а отрава. Неизвестно, где до сих пор хранили это мясо. Да и на вид оно совсем не аппетитное.

— Хорошо, — тряхнула головой сеструха. — И что ты предлагаешь?

Она усмехнулась, покачала головой и взяла зажигалку.

— Эй! — Я схватил ее за руку, не дав снова включить конфорку. — Я же сказал, мы не будем это есть!

— Рома, мясо вообще-то денег стоило. Если ты не заметил, мой бюджет не рассчитан на то, чтобы каждый день выбрасывать нормальную еду в мусорку.

— Хорошо. Хочешь деньги? Я их добуду!

— Да на кой мне сдались твои деньги?! — внезапно закричала она. — Я мяса хочу! Не колбасу, а обычного мяса. Конечно, в павильоне не все стерильно, но если обработать, хорошенько отварить, то есть можно.

— Сеструха, ты себя хоть слышишь? — я сам не понял, как повысил тон. — Ты рискуешь здоровьем!

— Рискуешь здоровьем ты, Рома, мешая мне приготовить обед! И мне все равно, чем рисковать. Будь это ты, я или кто-то другой.

Она хотела еще что-то сказать, вот только ее лицо исказилось из-за слез.

— Да пошло оно все к черту!

Девчонка кинула на столешницу зажигалку и быстрым шагом покинула кухню. От громкого хлопка двери я вздрогнул. Специально она ею ударила или нет, было не столь важно. Просто даже мне становилось понятно, что рано или поздно такой режим сломает ее.