Назови меня своей

Тёплая вода мягко омывала низ живота, проникая в самые сокровенные места, и к моему удивлению, неприятные ощущения потихоньку успокаивались, жжение проходило. А от слов младшего вампира мышцы вдруг медленно сжались, в голове промелькнула совершенно непристойная картинка, как я неторопливо опускаюсь на твёрдый ствол, растягивая сладкий момент проникновения, и с моих губ сорвался удивлённый вздох. Я… снова хочу этого? Не может быть! Наверное, Валентин что-то увидел на моём лице, потому что его глаза хищно блеснули, он чуть подался вперёд, проведя ладонями по моим ногам к коленкам.

— У тебя зрачки расширились, крошка, и дыхание участилось, — озвучил он очевидное, и моим щекам стало тепло от прилившей крови. — Какие непристойные мысли пришли в твою светловолосую головку, Лёлечка? — мурлыкнул Валентин, и его пальцы провели по внутренней стороне моего бедра, а от развратной ухмылки по спине сползла змейка горячих мурашек.

Тёплая вода скрадывала ощущения, делала их мягче, не такими острыми, и это тоже было очень приятно.

Мой рот приоткрылся, от ожидания деликатного прикосновения внизу по телу растеклась тёплая истома, а взгляд сам опустился и… остановился на моей груди. Соски торчали розовыми жемчужинами, вызывающе и бесстыдно, прямо указывая на моё состояние. Может, в этот раз зарождавшаяся страсть и не была столь сильной, как с Мартином, но определённо, мне хотелось продолжения.

— Так о чём ты думаешь, девочка? — низкий, вибрирующий голос вампира обволакивал, заполнял всё пространство ванной, заставляя отключиться и подчиниться, позволить ему повторить всё то, что он наверняка придумал уже для меня.

Наверное, ужасно неприличное и… безумно приятное.

— О… о вас, — пробормотала я, краснея ещё больше и отчётливо чувствуя, как между моих раздвинутых ног что-то шевельнулось и несильно прижалось.

— М-м, приятно слышать, — Валентин выпрямился, и его губы коснулись моей шеи, а дыхание пощекотало кожу, тут же покрывшуюся мурашками. — А вот здесь не болит? — его пальцы осторожно прикоснулись к моему лону, погладили складочки.

Я вздрогнула, тело инстинктивно подалось вперёд, и хотя в первый момент прикосновение вызвало лёгкое неудобство — всё оставалось слишком чувствительным, — но благодаря воде ощущения смягчились, потеряли остроту.

— Н-нет, — почти шёпотом ответила я, отчаянно краснея.

Пальцы сжались в кулаки, вдруг захотелось стиснуть плечи Валентина, придвинуться ближе… Сделать что-то, чтобы унять томительный нетерпеливый жар, заливший низ живота.