Назови меня своей

Перед глазами мелькнула картинка, как я выгляжу со стороны: наверняка щёки раскраснелись, глаза блестят, губы припухли от поцелуев, и… Рука лорда Валентина под платьем, откровенно ласкающая меня. Ох-х-х. Ужасно непристойно, но… Моему телу нравилось, ещё как, потому что невзирая на жаркое смущение, охватившее всё моё существо, страсть полыхнула внутри факелом, расплавив кости и превратив мышцы в воск. Я замерла с колотящимся сердцем, а Валентин наконец убрал руку и поднёс к своим губам. Мой нос уловил слабый пряный аромат — мой собственный, — и в следующий момент младший вампир с явным наслаждением облизал пальцы.

— Чудес-с-сный вкус, крош-ш-ка, — поделился впечатлениями лорд Валентин, а мне показалось, лицо сгорит сейчас от очередного откровенного замечания.

Сердце гулко билось в груди, мой взгляд не отрывался от лица старшего вампира, медленно подходившего к нам, от улыбки, растянувшей его губы — порочной, многообещающей. От неё мышцы внутри сократились, вбирая в себя жемчужные шарики и одаривая ещё одной порцией волнующих ощущений.

— Карина ушла, — негромко известил лорд Мартин, остановившись в шаге от нас с его братом — я почувствовала, как ладонь лорда Валентина накрыла холмик груди и мягко сжала его, массируя.

Тут же захотелось податься вперёд, потереться о ласкающую руку, и соски заныли, собравшись в тугие шарики и красноречиво приподняв тонкий шёлк платья. И лорд Валентин это прекрасно почувствовал, готова спорить, на что угодно.

— Зачем она вообще приезжала? — рассеянно спросил младший вампир, его губы едва ощутимо коснулись изгиба моей шеи чуть ниже уха, прошлись невесомой бархатной лаской, заставив вздрогнуть.

— Ей надо на пару дней оставить Сабрину, — лорд Мартин ухватил меня за подбородок, чуть прищурив потемневшие карие глаза, его взгляд стал задумчивым, недвусмысленно остановившись на моих губах. — Карина устраивает двухдневный приём для своих. И мы приглашены, — добавил он, погладив мои губы, тут же приоткрывшиеся.

Кто такая Сабрина, меня волновало сейчас мало — прикосновение лорда Мартина обожгло слишком чувствительную кожу.

— Ты пойдёшь с нами, Лёля, — тоном, не подразумевавшем возражений, изрёк лорд Мартин, и меня словно облили ушатом ледяной воды.

Приём носфайи. Для своих. Тут же в памяти пронеслись картинки гостей моих хозяев с их… игрушками, и прежде, чем поняла, что делаю, я отчаянно замотала головой и у меня вырвалось:

— Н-нет, пожалуйста!..