Назови меня своей

Это было немножечко внове, я уже почти привыкла считать себя не настолько значимой в жизни носфайи, чтобы проявлять ко мне подобную заботу. Но она — вот, есть, и, пожалуй, я позволю себе чуть-чуть помечтать и представить, что это не только для того, чтобы улучшить вкус моей крови.

Закончив со спиной и остальным, меня перевернули и точно так же намазали грудь и живот, и чего в прикосновениях было больше, ласки или всё же просто массажа, я не могла сказать. Конечно, соски тут же отреагировали, собравшись в тугие шарики, но и это не послужило сигналом к более решительным действиям со стороны лордов.

Я так расслабилась, что когда раздался тихий голос лорда Мартина, не раздумывая, подчинилась:

— Раздвинь ножки, Лёля.

И только согнув колени и чуть расставив их, очнулась от приятной неги, в которую погрузили действия вампиров. Задержав дыхание, я распахнула глаза, приподнялась на локтях и уставилась на лорда Мартина, чувствуя, как ускорился пульс. Неужели всё-таки будет продолжение? Будет, поняла я через мгновение, но немного не такое, как я представляла.

Старший вампир улыбался, а в его пальцах покачивалась знакомая жемчужная нить. Сидевший с другой стороны кровати лорд Валентин произнёс с точно такой же улыбкой, как у брата:

— Мы ведь не сказали, когда ты их должна вынуть, крошка.

Я сглотнула и перевела взгляд на жемчуг. При одной мысли, что он снова окажется во мне, мышцы внутри приглашающе сжались, и собственная откровенная реакция смутила. Похоже, меняюсь я стремительно… Лорд Мартин, не сводя с меня взгляда, подался вперёд, его улыбка стала шире, а рука с нитью потянулась к моему открытому лону с недвусмысленным намерением.

Я не сдержала прерывистого вздоха, меня охватили противоречивые эмоции: смущение смешалось с волнением, одновременно хотелось свести ноги и самой отодвинуться подальше, и дать лорду Мартину сделать то, что он хотел… Конечно, я осталась на месте, как и просили, не желая получить новую порцию наказания. Не сейчас, нет, когда кожа только-только перестала гореть от ударов. И пока я не разобралась толком, как относиться к недавно случившемуся со мной.

— Пошире, Лёля, — мягко сказал Мартин, гипнотизируя меня взглядом, и его пальцы нежно погладили уже увлажнившиеся складочки, словно невзначай задев налившуюся жаром чувствительную точку.

Я вздрогнула, и ноги сами раздвинулись шире, приглашая, и от этого почти неосознанного жеста лицу стало тепло, я отвела глаза. А пальцы лорда Мартина между тем уже проникли в меня, и за ними — жемчужины.