Назови меня своей

 — Терпкое волнение… немного пряного привкуса страха… и ещё, совсем чуть-чуть сладкого возбуждения, — Валентин медленно улыбнулся, в полумраке примерочной его зубы казались неестественно белыми. И острыми. — Крошка моя, тебе ведь нравится происходящее, правда? — вкрадчиво спросил он, выгнув бровь.

Я не заметила, как пояс перестал стягивать полы пеньюара, и их удерживали теперь только мои ладони. Ох. Он только что сказал, я… возбуждена?! Не может быть… Что ответить на его провокационный вопрос, не знала, и поэтому молчала, рискуя нарваться на резкий окрик.

Но признаться в том, в чём только что уличил меня лорд Валентин я тоже не могла. Он же, по всей видимости, ответа от меня и не ждал, молча развёл полы пеньюара, осмотрел ещё раз внимательным взглядом и кивнул.

— Хорошо. Давай дальше.

Сказав это, вампир вернулся к прежнему месту наблюдения, привалился плечом к стене и скрестил руки на груди, чуть прищурившись. Резко захотелось пить, в горло как песка насыпали — я не торопилась переодеваться, пытаясь осознать невероятное.

За мной будет наблюдать посторонний мужчина. Боже, за что мне это.

— Вы… не выйдете? — пробормотала я обречённо, стиснув в волнении тонкий шёлк халата.

Пауза затянулась, и надежда на то, что лорд Валентин всё же сделает уступку моей скромности, робко подняла голову. Ровно до того момента, как он медленно покачал своей, и на его губах снова появилась ухмылка.

— Нет, — просто ответил брат Мартина. — Хочу, чтобы ты привыкла, Лёля, как можно скорее.

Вот это звучало совсем непонятно и пугающе.

— К… чему? — с опаской переспросила я, в волнении переступив босыми ногами.

— К моему вниманию, — тихо произнёс он, не сводя с меня взгляда, в котором читалось вожделение. — К тому, что я буду смотреть на тебя, когда мне захочется. И к тому, что могу войти к тебе в спальню в любой момент, — его голос упал почти до шёпота, мягкого, проникновенного, лишающего воли. — Переодевайся, Лёля.

Так стыдно мне, пожалуй, не было никогда в жизни, даже когда меня первый раз прилюдно отстегали розгами в пансионе — не больно, но обидно и неловко.

Тут к этому стыду примешивалась пряная нотка странного удовлетворения, охватившего меня, когда почувствовала взгляд лорда Валентина на спине — я всё же отвернулась, воспользовавшись тем, что мне не сказали, что переодеваться должна обязательно лицом к нему. Судя по молчанию, вампира устраивал и мой вид сзади.