(не) беги от меня, малышка

– Кирсан, – обращаюсь к сидящему за рулем безопаснику, – сколько людей охраняет Богдана?

– Я усилил охрану, сейчас там четверо. Согласно процедуре, при первых признаках опасности, ребенка прикрывают все четверо, а на место выезжает еще две машины.

Кирсан даже не оборачивается, отвечает отстраненно. Но это только кажется. Потому что там, где разговор от охраны общей переходит к охране ребёнка, в нашем Михалыче, кроме бойца, подает голос отец-защитник. Богдан ведь ненамного младше его сына. И потому Кирсан, как всегда, предупреждает любое, даже самое негативное развитие ситуации.

Откидываюсь на сидении, смотрю перед собой. Впереди едет карета скорой помощи. Выезжаем за город, везут нашего Игорёху в элитное заведение в лесопарковой зоне.

На заднем сиденье всхлипывает Ириска.

– Всё в порядке, Пётр Григорьевич? – басит Кирсан.

Девять месяцев. Это значит, что мои девочки родятся не в один день со мной, дедом и Богданом. Даже удивительно, моя жизнь начинает походить на сюрреализм. Хотя, что такого в двойне? Ну, двое…

– Двойня, – выдыхаю я, потому что это ищет из меня выход.

– У Лады двойня.

– Как хорошо! – хлюпает носом на заднем сидение Ириска.

– Предлагаю ребенка забрать из лагеря, охрана Лады Леонидовны усилена, – реагирует правильно Кирсан.

Действительно, что такого. Где один, там и второй. Только у меня ещё и старший есть…

Руки дрожат. Черт…

Соберись, пожарный.

Еще куча дел."

"В лесопарковой зоне – скрытый проезд. Туда, за шлагбаум, могут попасть только избранные.

Среди леса открывается вид на современное здание.

Стекло и бетон. Небольшая парковка, усыпанная машинами. За основным зданием больницы хорошо виден загородный клуб с отдельными коттеджами на берегу реки. Всё тонет в деревьях, красивые дорожки, беседки и фонари на кованных ножках. Здесь и операция, здесь и реабилитация. Мне кажется, даже слишком цивильно для провинции. Ощущение, что попадаем в европейский городок. Любят губернаторы в своих губерниях обустроить местечко для отдыха, чтобы перед гостями не было стыдно.

Выходим. Ириска оглядывается, потом выдает:

– Тут раньше был дом отдыха от завода.

– Сейчас это закрытый загородный клуб. И клиника на базе дома отдыха, – спокойно информирует Кирсан, поворачивается ко мне, – считаю целесообразным переместить сюда Ладу Леонидовну и Богдана. Территория закрыта, охраняется. Я усилю еще нашими людьми периметр.

– Хорошо.

Отдает маниакальностью, но мне сейчас, особенно после перестрелки, ничего не кажется лишним.