(не) беги от меня, малышка

Или это очередной контрафакт? И кто это прикрывает? Потому что сами продавцы в аптеке с таким известным названием… И почему бандитам не открыть свою аптеку? Почему именно «Ваша скорая помощь» стала настоящим наркоманским притоном?

Это ж как Григорий Юрьевич расстроится, когда все всплывет! Опять приедет, начнёт валидол пить, привезённый с собой, местный не будет рисковать даже пробовать, потому что мы уже проштрафились и нам нет доверия.

А теперь и подавно не будет.

– Мам, а Иру будить? – шепчет Богдан, выходя из ванной.

– Нет, – так же тихо отвечаю я, – она болеет. Иди завтракать.

Квартира у нас двухкомнатная, но очень уютная с хорошим ремонтом. Дизайн, конечно, доморощенный - «Иришкин мэйд», но светло, пространства много и как-то всё по домашнему и под рукой.

Данчик лопает булку с шоколадной-ореховой пастой. Не самый лучший завтрак для ребёнка, но в борьбе за еду, пришла к выводу, что лишь бы ел мой ребёнок, хоть что-то. Потому что был момент, когда в Богдана нельзя было ничего всунуть.

– Пожалуйста, сынок, – прошу Богдашу, поправляя его густую чёрную шевелюру. Пальцы передают тактильное наслаждение. Волосы, как у отца. – Первый день в лагере. Запоминай всё, расскажешь, как что было.

– Обязательно, – серьезно отвечает сын.

Тихо с Богданом собираемся и также тихо покидаем квартиру, аккуратно прикрываем дверь, чтобы не разбудить нашу больную Ириску.

Мы выходим в чудесное летнее утро. День у меня будет напряжённый, но я настроилась, поэтому ничто меня из боевого настроения выбить не может.

Даже наш тренер Вадим Глебович, появившийся у подъезда, как чёрт из табакерки. Весь принаряженный, воняет одеколоном чуть ли не на весь двор. Богдан заценивает, радуется и бежит пожимать мужчине руку.

– Доброе утро, Лада Леонидовна, – масляный взгляд тренера шарит по мне.

Приходится натягивать улыбку, потому что ребёнок мой безумно рад и уже несётся к страшному чёрному внедорожнику.

Ставлю в голове три галочки.

Во-первых, Богдан больше не ходит в секцию к этому человеку.

Во-вторых, с Богданом придётся поговорить очень строго и сказать, что Вадим Глебович нам не друг, не брат и вообще никто. А я подозреваю, что враг.