Совместный ужин не предлагаю, иначе решишь, что я претендую на твое время.
— А ты не претендуешь? — впечатывает мне в лоб палящий взгляд.
— Нет.
Кажется, впервые в жизни вижу, как пляшут на ее точеных скулах желваки.
В этот раз мне не претит перегибать палку. Я с удовольствием ломаю ее об колено именно потому, что в последнее время чувств у меня гребаная прорва.
Маша плотнее сжимает губы, будто боится, что изо рта вырвутся слова, которым лучше наружу не вырываться.
Отвернувшись, переключает все свое внимание на Леона, принимаясь игнорировать меня.
Я не против.
После того, как получил информацию о дне рождения и полном имени Леона, я заставил себя держаться от нее подальше. Я решил дать ей время для того, чтобы пришла ко мне сама, и сама рассказала то, что я должен знать. Я был зол. Как оказалось, я умею на нее злиться. И это, в отличие от других аспектов нашей “связи”, действительно взаимно.
Молча едим под тихий лепет Леона, которого Маша извлекает из кресла, как только тот заканчивает со своей кашей.
На мое предложение проводить их до машины она отвечает, что они справятся сами.
Через пять минут я остаюсь за столом один и, бросив в центр смятую салфетку, покидаю ресторан.
Глава 23
Неделю спустя
Маша
Я выхожу из офиса ровно в двенадцать дня."
"Моя машина сегодня заняла свое “законное” парковочное место, поэтому мне не приходится обходить здание. Нагретое солнцем сиденье подо мной печется сквозь тонкую ткань платья, и от того, чтобы прошипеть ругательство, спасает только кондиционер.
Мне требуется всего десять минут на дорогу до ближайшего к офису отдел ЗАГСа, но я все равно немного опаздываю, поэтому торопливо забрасываю телефон в лежащую на соседнем сиденье сумку и выхожу из машины, как только глушу мотор.
Перед входом фотографируется небольшая свадьба, которую я огибаю, стараясь поскорее попасть внутрь, чтобы не мешать. Тяжелая деревянная дверь за спиной с лязгом хлопает, в холле прохладно и тихо. Я осматриваюсь и поправляю на плече сумку, прежде чем пройти вглубь помещения.
— Доброе утро, — на ходу здороваюсь.
Мельник отталкивается от подоконника, на который опирался, и вынимает руки из карманов летних свободных шорт. Глядя на меня исподлобья, выпрямляется в полный рост, я же прохожу мимо, направляясь к двери прямо по курсу.
Все время, пока у нас принимают документы на установление отцовства, я старательно изучаю маникюр, реагируя на редкие вопросы сотрудницы ЗАГСа, которые она поочередно адресует то мне, то Мельнику.
