(не) детские сказки: Жена для Синей Бороды

Страхи и робость окончательно покинули. И его руки на теле ощущались уже чем-то естественным, даже необходимым, как и губы, жадно ласкающие мои губы. Казалось, даже потоки воды, словно живые, сжимали меня в объятиях, обводили самые чувствительные места еле заметными прикосновениями перемежаясь с касаниями пальцев Ника.

Тихо вздохнула, когда он подхватил меня под бедра и посадил на бортик ванной. Его губы жадно прижались к промежности. Язык проник между складочек, сбивая неровное дыхание и срывая протяжный стон с уст.

Его пальцы нетерпеливо проникли в меня, вызывая новую волну дрожи. И я откинулась на спину, шире раздвигая ноги и даже приподнимая бедра, поощряя, требуя, прося, чтобы он не останавливался. К счастью, Ник и не собирался.

Его губы и язык творили нечто невероятного. Гладили и ласкали, покусывали и постукивали, заставляя меня метаться, вскрикивать и кусать губы. А пальцы раз за разом толкались в меня, расширяя, подготавливая и вызывая дрожь удовольствия в теле. Пожар в груди пылал, разносясь жидким огнем по венам и мышцам.

Казалось я дышу пламенем, выдыхаю его и плавлюсь под действием неистовых ласк супруга. Первая волна дрожи прошила тело, выгнула дугой, сорвав громкий протяжный крик с искусанных губ. И стон Ника вторил ему. Я ослепла и оглохла, не видя ничего кроме вспыхивающих перед глазами звездочек и не чувствуя ничего, кроме блаженства, волнами растекающегося по телу."

"Я все еще вздрагивала, а внизу все сжималось, когда меня вновь опустили в воду и прижали к твердому телу.

Ник сел, откинувшись спиной на бортик ванной, развел мои ноги, усаживая сверху, чтобы я его оседлала. Его грудь высоко вздымалась от прерывистого дыхания. Губы вновь завладели моими, позволяя оценить терпкий вкус собственного желания. Уже без стеснения, я скользнула ладонью между нашими плотно прижатыми телами. И удивилась тому, что плоть Ника стала мягче, расслабилась. А он сжал мою ладошку поверх своего достоинства, направил вверх-вниз, показывая и без слов объясняя, что нужно делать. И вскоре его мужское естество начало твердеть и вновь наливаться силой под действием неторопливых движений.

Я чуть приподнялась на коленях, оглянувшись и не зная, что дальше делать. А Ник улыбнулся, коснувшись ладонью моей щеки.

— Не торопись, Изабель. Главное произойдет в спальне, — синие глаза полыхнули на мгновение странным огоньком.

Я не успела ответить или задать вопрос. Ник подхватил меня под талию, поднимая, а потом встал и сам.