Онлайн-библиотека книг
От нее фонит нерешительностью и отчаянной надеждой.
- Ближе.
Крохотный шажок, и аромат ее кожи и волос оплетают мои рецепторы.
Сука! Как же вкусно пахнет это исчадие ада!
Обвиваю рукой талию и прижимаю к себе. В огромных глазах две синхронные вспышки. Упираясь ладошками в мою грудь, смотрит вниз, туда, где её грудь прижимается к моей.
Желание увидеть, что под её одеждой оттесняет ярость и на время выходит на первый план. Под тихий вскрик отрываю ее от пола и усаживаю на стол. Опираясь на запястья, она тут же пытается отползти от меня.
Возвращаю в исходную позицию и встаю между ее раздвинутых ног.
- Ты возьмешь меня на прием? - шепчет дрожащим голосом."
"Удерживая за бедро, чтобы не сбежала, расстегиваю несколько мелких пуговиц на платье и спускаю его с плеч. Скользнув вниз, ткань открывает моему взору два маленьких девичьих холмика.
- Не надо-о-о!...
Оттолкнув пытающуюся закрыть их руку, я накрываю один из них ладонью. Упругая гладкая плоть идеально в ней помещается целиком. Сосок упирается между указательным и средним пальцами.
Пронзившая пах молния едва не лишает равновесия. Никогда не любил маленькие сиськи, но от вида этой рот наполняется слюной.
- Не надо, пожалуйста!...
- Почему?
Сжимаю синхронно обе груди и прихватываю крохотные пики пальцами.
- Она у меня очень чувствительная...
- Серьёзно?
Твою мать, и ведь правда! Полупьяный взгляд девчонки зависает на моих губах, и вызывает такой прилив возбуждения, что налившийся кровью член буквально вспарывает молнию ширинки.
Склонившись над ней, сминаю мягкие губы. Ответку дает в то же мгновение - обвивает мою шею руками и впускает язык.
Жру ее жадными укусами, мну плоть и за последнюю нить здравого смысла удержаться пытаюсь.
- Возьмешь меня? - елозит губами по моей щетине, - Возьмёшь?
- Возьму. Но после приема как следует оттрахаю.
Вздрагивает, молчит несколько мгновений, а потом доверчиво льнет ко мне.
- Хорошо. Ты же мой муж.
Глава 17
Ярослава
Включаю подсветку зеркала, приближаю к нему лицо и, подняв брови, ещё раз проверяю, ровно ли прорисованы стрелки на глазах.
Растушевываю тени и наношу слой туши на ресницы, а затем делаю шаг назад, чтобы оценить макияж в целом.
Мне не нравится, но не потому, что он неумелый - просто я чувствую в нем себя, как в гриме, а саму себя артисткой.
Так неприятно.
И страшно.
За последние сутки я меняла решение раз десять. Я ведь бегу не только от Литовского, но и от своей семьи тоже.
