Сейчас же я сплю в кровати с удобным матрасом, на вкусно пахнущем белье, не боясь, что могут покусать клопы, а возможность неплохо заработать и помочь матери рисует моё будущее радужными красками. С этими мыслями я и заснула, пока не проснулась словно от толчка.
За окном теплился рассвет. Спать больше не хотелось, хотелось пить. И я, выглянув в коридор, аккуратно прокралась к лестнице, и уже хотела было спуститься на кухню, да так и замерла возле распахнутой комнаты с огромным портретом на стене.
На нём красовалась ослепительная женщина с загорелой кожей, с русыми длинными волосами и надменным взглядом. Если бы не её гордый взор, лоск и ухоженный вид, то я бы подумала, что на портрете изображена…
Дверь перед моим носом резко захлопнулась, и меня дёрнули на себя. Передо мной огромной лавиной, грозящей подмять под себя моё хрупкое тело, навис Акулов. Его гневный взгляд не предвещал ничего хорошего для меня. Положение усугублялось ещё и тем, что босс был обнажён по самые бёдра.
.. Нет, даже глубже. Я могла лицезреть пояс Адониса. По всему торсу тянулись мокрые дорожки, стекавшие со ставших от воды тёмно-вороными волос.
— Это она? — я обрела дар речи, переключив свой фокус внимания с его тела на мой вопрос.
— Ты не только на язык острая, а ещё и любопытная, Волкова. Нос береги, — с раздражением проговорил Акулов и сбросил свои ладони с меня.
Он кинулся вниз. Я тут же поспешила за ним.
— Вы мне не сказали, не предупредили меня, — бросила я ему вслед.
— Это тебя не касается. Выполняешь свою часть сделки, забираешь деньги, и всё, — кинул он через плечо.
Акулов нервно заправил в кофеварку капсулу. Затем, посмотрев на меня, как на мешающее ему досадное обстоятельство, закинул ещё одну, поставив две чашечки.
Мне хотелось развернуть его к себе и заставить объясниться. Я с трудом себе представила это, а затем перечеркнула в голове всё представленное.
— Да, я вчера вписалась в сделку, но вы утаили от меня одно из главных обстоятельств, — въедливо докапывалась я.
Кофеварка противно зажужжала, а Михаил Александрович развернулся ко мне, и его взгляд стал совсем острым.
— Я уже сто раз пожалел, Волкова, что связался с тобой, любая другая на твоём месте, заткнулась бы и выполняла приказы, чётко, без разговоров, получила свои деньги и свалила в закат, — отчеканил Акулов, цвет лица его посерел и он двинулся в моём направлении.
