(Не) фиктивный брак (СИ)

Как я могу снова доверять или верить во что-то? По мере того, как я иду вперед по неопределенному пути, передо мной возникает пугающая задача вернуть себе чувство собственного достоинства и найти в себе силы, чтобы создать свою собственную судьбу, свободную от влияния и контроля других.

Мне холодно, грустно и больно. Все рушится вокруг меня, оставляя меня в состоянии отчаяния. Я съеживаюсь на диване, плотно закутываясь в одеяло, которое достает мне до макушки, пытаясь найти утешение в его тепле. Слезы текут по моему лицу, тихие и ровные, пока я пытаюсь осознать разрушительную правду, которую только что открыла мне моя мать.

«Я заплатила за каждый твой экзамен, чтобы ты получила отличные оценки, а не скромное «удовлетворительно», — эхом отзываются ее слова в моей голове, вызывая во мне новую волну боли. «Ну, а твой отец купил твои картины, так что фактически он купил тебе квартиру».

Осознание обрушивается на меня, как оползень, сотрясая самую суть моего существа. Все, чем я дорожила, все, что, по моему убеждению, определяло меня и мои достижения, рухнуло в одно мгновение.

Со вздохом отчаяния я отбрасываю одеяло и встаю с дивана, осматривая комнату, которая когда-то имела для меня такое большое значение. Каждый предмет мебели, каждая маленькая безделушка были тщательно подобраны и куплены с любовью, по крайней мере, я так думала. Я ошибочно полагала, что построила свою жизнь, свой успех упорным трудом и самоотверженностью.

Злость закипает во мне, когда я понимаю степень их обмана. Мой отец скупил все мои картины в галерее, обманом заставив меня поверить, что моего таланта достаточно, чтобы прокормить меня. На самом деле деньги, которые я получила, были не чем иным, как пособием из семейной казны. Мне противно думать, что мое искусство, которое когда-то было моей страстью, было испорчено их манипуляциями.

Мои мечты лежали разбитыми и разломанными, разбросанными по скалам обмана. Путь, который я себе представляла, путь, по которому я могла бы продавать свои картины и зарабатывать на жизнь своим искусством, теперь кажется невозможной фантазией. Мне остается бороться с суровой реальностью, что я должена отказаться от своей страсти и найти «настоящую» работу.

Но глубоко внутри меня начинает загораться вспышка стойкости.