Не гореть!

Он спускался следом за бригадой, заставляя себя ровно дышать. Выйдя из подъезда, остановился на крыльце и достал рацию.

«Ну что там, лейтенант Басаргин?» — услышал он нетерпеливый Машкин голос. Балбеска жаждала подробностей, как голодный хлеба. Ни черта не меняется. Свежим мартовским воздухом пахнуло в лицо. Родной Юрка. Родной ПСА. Ребята, вон, тоже родные. Так какого черта внутри так свербит?

— Ой, мамочки! — донеслось до него со двора. Ирка очухалась. И, похоже, вполне взбодрилась. Семенила за носилками, почти что сбиваясь с ног и отчаянно причитая: — Витя! Витенька! Что с ним? Куда его?

— В больницу, в реанимацию, — хмуро ответил врач.

 — Вы ему кто?

— А-а-а… Ну так… Мы его сейчас в первую городскую. На месте разбираться будут. Но тут черепно-мозговая на лицо. И черт его, что еще.

— Да как же так-то? — снова противно заплакала женщина, когда носилки уже грузили в машину, а в поле ее зрения попал Денис. Она захлебнулась рыданием и побежала к нему через двор: — Это ты? Ты все, да? Черт бы тебя подрал, это ты Витьку избил?

— Мы возвращаемся в подразделение.

Полиция… — привычно передавал информацию Басаргин, когда заметил подлетевшую к нему Ирку. В следующее мгновение одна ее ладонь вцепилась в его боёвку, а другой она залепила ему по лицу. Острые ногти диранули по коже, вспарывая до крови.

— Сволочь, ты ж спасатель! Ты ж спасать должен! А ты его убить пытался! Да я тебя засужу! Сегодня же заявление напишу, понял?

Денис скривился от неожиданности, отпустил клавишу рации и ухватил ее за руки, удерживая на расстоянии.

— Ты б лучше о ребенке подумала, дура! — гаркнул он.

— А растить этого ребенка кто будет? — завопила она. — Ты ее безотцовщиной оставить решил? Кто тебе право дал, а? Я тебя посажу! Ты, гад, еще мучиться будешь!

— Ну с папашей, который в любой момент ее из окна выбросит, — оно, конечно, лучше, — Басаргин подволок ее к скорой и запихнул в машину. — Успокоительного ей дайте, что ли…

— Все вы повязаны, да? Покрываете друг друга! Только ты сухим из воды не выйдешь! — продолжала кричать Ирка, а потом задохнулась, всхлипнула и разрыдалась, отчаянно причитая: — Витя! Витенька-а-а!

Дверца скорой захлопнулась.

Как оказалось, Колтовым. Генка хмурился. Буравил Дэна пристальным взглядом и ничего не говорил. Они так и стояли молча, пока отъезжал минивэн. Следом подоспел Юрка. Мрачный и насупившийся. Руки в карманах. Единственный из всех выдал:

— Спектакль окончен, батут собрали. Детишки хотят к маме. Поехали.

Обратную дорогу молчали.