Не гореть!

Но процесс его окучивания становился все активнее, о чем в который раз свидетельствовало негромкое погромыхивание утвари однажды днем, когда он проснулся после очередного незамысловатого караула в кои-то веки почти с приключениями: ездили с участковым в соседнее село утихомиривать разбуянившегося любителя игры со спичками.

Денис негромко выругался, выбравшись из кровати, оделся и явился пред ясны очи хозяйки дома лохматый, небритый и злой.

— Здрасьте, — брякнул он, остановившись на пороге кухни.

Мария Каськив, можно Марычка, отвлеклась от стола, на котором усердно натирала картошку на мелкой терке, кокетливо, чуть самодовольно улыбнулась, и ее острые глазки вспыхнули неподдельной радостью без тени смущения при виде сонного начальника караула.

Работали они с ней, к счастью для Дениса, в разные смены. Потому хоть на работе не пересекались. Но, по крайней мере, из трех выходных в один — она обязательно оказывалась в поле его зрения.

— О! Лейтенант проснулся, — защебетала Марычка, сверкая ямочками на румяных, пухлых, но хорошеньких щечках.

 — А я думаю, заспался чогось. Решила порадувать кремзликами[5]. С мясом, га?

— Маша, вам что больше заняться нечем, а? — недовольно поинтересовался Денис. — Я с голоду точно не умираю.

— Ай! — отмахнулась Мария со знанием дела. — Мужик здоровый должен хорошо есть. Я ж по-соседски, по-хозяйски. Бо вы все сами да сами, а домашним побаловать?

— Лучше бы вы побаловали меня своим отсутствием.

— Чого? — опешила хозяйка, и улыбка с ее губ стала медленно стираться.

— Да ничего, — вздохнул Денис. — Я понимаю, что хата ваша, но я же ее не бесплатно снимаю. А домработница мне точно не нужна.

— Так вы ж того… не думайте! Я ж по дружбе и как коллега… — растерянно принялась оправдываться Марычка. — А у меня ж тын покосился, думала, зайдете, глянете. Ну, по свободе.

— Тын гляну. А вы прекращайте свои кулинарные изыски, — выдал Денис, подумав о том, что надо бы у мужиков порасспросить про новое жилье. Уверенности, что барышня его услышит, у него не было ни малейшей.

— Мне не нравится, что по дому, в котором я живу, ходят посторонние, пока я сплю. Вы о личном пространстве что-нибудь слышали?

— Слышала, не глупее столичных! — фыркнула Марычка, но выглядела обиженной. — Я хотела как лучше, Денис Викторович. То кремзлики жарить, чи не треба?

— Не треба, — брякнул он, и взгляд его упал на собственный телефон, оказавшийся посреди стола, где по определению его быть не должно.