Не гореть!

Даже то, чего он сам в себе не подозревал, сделавшееся еще одним открытием минувших суток. Романтичность Жорика. Собственная идеальность. Устроительство Надёжкиной.

А чего там, собственно, устраиваться? Артемка поможет устроиться. Хотя какой, к черту, Артемка? Нахрена ей этот Артемка, который даже не приехал ни разу, пока она с ногой маялась! Тихушница! Что она вообще забыла в том Харькове? В Киеве учиться негде? Или из-за Артема?

Басаргин бессильно прикрыл ладонью глаза, сидя дома в любимом — собственном — кресле.

Перед тем уныло пролистывал пропущенные звонки, откладывая все до вечера. Родители, Глеб, несколько неожиданных контактов, традиционно случающихся в Новый год. Сам он сделал лишь один звонок. Оле. Чтобы услышать женский голос робота, которому безразличны терзания людей, не успевших исполнить задуманное и упрямо планирующих обмануть себя, ее и судьбу.

[1] Пожарно-спасательный автомобиль

[2] Шампанское Артемовского завода шампанских вин (Артвайнери)

[3] Условное обозначение периода европейской (в первую очередь французской и бельгийской) истории между последними десятилетиями XIX века и 1914 годом.

05. Французская горчица

Судьбу обмануть невозможно.

Потому что обязательно придет Рождество в качестве часа расплаты. В Рождество нельзя не поздравлять и нельзя не принимать поздравления, даже если целую неделю изображаешь крайнюю степень занятости. Кто — работой, кто — учебой.

Так ему — Денису — пришлось ехать в родовое гнездо Басаргиных и присутствовать на застолье с обязательным праздничным кроликом, запеченным в винном соусе.

Так ей — Оле — не осталось выбора, кроме как, глядя на имя, высвеченное на дисплее, в который раз заставить себя принять вызов.

— Денишек, — где-то в Киеве Маргарита Николаевна впорхнула в комнату, где ее отпрыску удалось хоть на время уединиться, и, перебивая длинные гудки в трубке, заголосила: — у нас горчица закончилась! А у меня еще заправка не готова для салата! Вот-вот Ксюша с Глебом приедут!

— Позвони им, пусть купят по дороге, — попытался отмахнуться Дэн.

— Они же с Крохой! Им неудобно будет! — всплеснула руками мать.

Одновременно с ее возмущенным возгласом гудки в телефоне прервались легким потрескиванием, и на другом конце страны негромко ответила Оля единственным словом:

— Мам, подожди, пожалуйста, с горчицей, а, — улыбнулся Денис и проговорил в трубку: — Привет! С Рождеством!

— Спасибо! Звонишь поколядовать? — и снова в ее голосе отчетливо слышны смешинки.