Не гореть!

А уже потом истошно заорать:

И одновременно с ее криком ребенок, на секунду зависнув в оконном проеме, сделал шаг вперед. Звук его падения был воплем. Удар его о землю этот вопль прервал.

Кажется, быстрее она никогда не бегала. Просто не умела. Думала, что не умела, раньше. А выходит, умела она все. Что там стометровка с рукавами? К распластанному по асфальту тельцу Оля подлетела первой. Как жизнь вытекала с кровью — поняла. Последний выдох — видела. И кажется, ощутила его на своей щеке, когда ее собственные колени и ладони коснулись асфальта.

Это потом вокруг забегали люди, но она не замечала их. Смотрела только на подростка с перекошенным, грязным лицом, с проломленной головой, с перебитыми костьми. И хрипло, часто дышала.

Она никогда раньше не видела, как умирают. Бабушка скончалась в больнице, когда сама Оля была на дежурстве. Она никогда такого не видела, а теперь — вот. Прямо перед ней.

Потом подбежали медики. Тело накрыли. Она — далеко так и не смогла отползти. Добралась до бордюра перед небольшим палисадником с укутанными на зиму кустами.

Да так и сидела там, не в силах думать еще хоть о чем-нибудь.

[1] Памятник Ёжику в тумане под названием «Лошадка». Один из популярных арт-объектов Киева. Находится недалеко от Золотых ворот.

[2] Вид интеллектуально-подвижных игр, связанных с городским ориентированием. Цель игры — расшифровать место на обусловленной территории, а также действия, которые необходимо выполнить для прохождения задания. Прибыть на локацию раньше остальных команд, выполнить задание и перейти к следующему.

[3] Руководитель тушения пожара (РТП) — это старшее оперативное должностное лицо пожарной охраны, которое управляет на принципах единоначалия участниками боевых действий по тушению пожара.

— Поднимайся, пошли, — раздалось над Надёжкиной, и появившийся из безликой толпы Басаргин потянул Олю вверх. Она не сопротивлялась, а только брела за ним, не отпуская его руки, и как-то безропотно, безвольно подчинялась, будто скажи он ей сесть в маршрутку и ехать отсюда домой — поедет.

Но вместо этого, запихивая ее в машину, Денис зло крикнул Юрке: — Нашатыря ей дай!

И снова растворился среди толпы, когда отсчет все еще шел на минуты.

Снова искали людей, вскрывали двери, тушили квартиры, отреза́ли внешний огонь, не давая ему проникнуть внутрь здания. Не замечая времени, усталости, сосредоточенно, зло.

На шестом в дыму угорел дед. Так и не проснулся, остался как был, под одеялом.