Не играй с нами, девочка

— Если цена так высока, может...

Черт.

— Что может? — не понял Марк.

— Может, не стоит. Давай уедем.

— И пусть Рёфу достается всё? — скривился он, дыхнув злостью. — А Север?

Анна хотела верить, что у Севера нашелся план не только для недвижимости, но и для себя. Она хотел верить, что просто пока до конца не понимает его игры, но он жив и смог разыграть жестокость Рёфа в свою пользу.

— Ты пару часов назад просила убить его.

— Это эмоции, Марк.

Она опустила глаза, будто могла прочитать подсказку под ногами.

— Рёф специально сделал это, — продолжила Анна, — чтобы ты не вышел из игры раньше времени.

Он с силой сомкнул пальцы вокруг ее локтя и притянул к себе, прижав к столу.

— Может быть, малыш, — согласился Марк, — но я знаю эту тропу не хуже него.

В его глазах полыхнули знакомые огоньки больного возбуждения. Он уже предвкушал эту схватку, жаждал ее, его вторая натура вновь получила свой шанс.

— Ты выживешь, Марк. Ты заговоренный, — горькая усмешка сама наползла на ее губы.

— Анна, ты же понимаешь, как давно я в этом бизнесе?

Она неуверенно кивнула, чувствуя, как выскальзывает нить разговора из ее рук.

— Сколько раз у меня пытались отобрать мое? И сколько раз отбирал я?

— Да, ты многое рассказывал, — ответила она резко, вслед за напряжением пришло и его раздражение, — но это было тогда... Ты ведь хотел выйти и сам говорил, что в тебе не осталось той ярости.

— С тех пор кое-что произошло.

Марк отдалялся и в то же время становился ближе, потому что таким она знала его лучше всего. Озлобленным, упрямым, со снятым предохранителем.

— Бесконечный тупик, — едва различимо произнесла она.

И, может быть, это и есть их отношения. Вот сейчас, именно сейчас...

Анна встала на носочки и потянулась к нему. Марк не сразу, но ответил на поцелуй. В какой-то момент она все-таки разбудила его, касание губ стало нетерпеливым, жадным.

Да, только так. Это не вторая натура, это его суть.

— Признайся, — выдохнула Анна, запустив ладонь в его волосы и грубо сжав ладонь. — Ты хочешь сделать мне больно.

Он молчал.

— Так было всегда. Подчинение и наказание.

Анна спустилась ниже по его плечам, очертив мускулы мужских рук сквозь тонкую рубашку. Столько силы, затаенной и рвущейся наружу.