Не ищи оправданий

— И ты оказалась совершенно права в отношении Малкольма. Он всегда был моим отцом, так что, несмотря на славу, которую ты мне предрекаешь, я по-прежнему занимаюсь семейным бизнесом, и мне это нравится. Я благодарен тебе за то, что ты открыла мне глаза.

Его голос звучал тепло и признательно.

— Я? — Она проглотила комок в горле. — Я не сделала ничего особенного.

— Почему ты тогда вечером не сказала, что ты приемная дочь? — мягко спросил он.

— Откуда ты знаешь? — Она старалась не смотреть на него.

— Где? — прервала она.

Об этом факте ее биографии много говорилось в начале ее карьеры, но потом это как-то забылось.

— Где-то, — повторил Джонатан. — Ты, наверно, видела во мне испорченного ребенка, зацикленного на собственных проблемах. Надо было, чтобы кто-нибудь со стороны объяснил мне, как я не прав.

— И это была я? — слабо отозвалась Тори, вспоминая, что она наговорила ему в ту ночь.

— Ты! Что ты так испугалась? — Он широко улыбнулся. — Ты оказала мне неоценимую услугу, все, что ты говорила, было правдой! И ты правильно сделала, что изменила карьеру.

Думаю, в скором времени мы услышим о твоей свадьбе.

— О свадьбе? — удивленно повторила она. Джонатан оглядел зал.

— А где Монтгомери? Должно быть, придет позднее.

— Его никто не приглашал, — твердо ответила Тори. — С чего ты взял, что он должен быть здесь? Мы расстались не совсем мирно. — Она поморщилась при воспоминании.

— Вы расстались? — удивился Джонатан. — Но я думал... Четыре месяца назад я видел в одной газете фотографию, на которой вы вместе выходите из ресторана.

Она вспомнила. Действительно, были такие фотографии: они с Рупертом улыбались в камеру, не желая выносить на публику свои разногласия. Тогда ей и в голову не приходило, что эти снимки увидит Джонатан и истолкует по-своему.

— Я... — начала она.

— Мне бы не хотелось... если позволите, — медленно проговорил Джонатан.

— Не позволю. — Стивен бесцеремонно схватил обоих за руки и потащил к репортерам.

Тори была благодарна режиссеру за настойчивость.

В голове бешено скакали мысли: неужели он подумал, что между нею и Рупертом что-то было? Значит, поэтому не подавал весточки все эти долгие шесть месяцев.

Она не заметила, как закончилась встреча с журналистами.

— Идем выпьем шампанского, — шепнул ей на ухо Джонатан, когда пресса оставила их наконец в покое.

— Тебе было неприятно? — спросила она, потягивая шампанское.

Он явно неловко чувствовал себя перед объективами.

— Неужели это было так заметно?

— Странно.