Собравшись с мыслями, немного смущённо уточняю:
— А ты как?
— В порядке. После обеда сестра позвонила, сказала, что будет в Москве проездом. Пару часов покатал её по столице и после отвёз в аэропорт.
Вот почему у него получается отвечать так? Легко, непринуждённо? Потому что Дан не видит поводов для смущения, имеет большой опыт общения с противоположным полом и не пытается казаться тем, кем не является? В отличие от меня.
— Ясно… То есть у тебя есть сестра?
Дан утвердительно кивает.
— Да. Старшая. Уже лет десять как счастливо замужем за французом.
— Ясно, — повторяю я, панически ощущая, что новой ответной фразы так и не созрело. — Как ты сейчас? — неожиданно спрашивает Дан, глядя сначала в район пуговиц на моей рубашке, а потом — в глаза.
Я вспыхиваю, потому что безошибочно угадываю, о чём он. Здесь, в кабинете, при свете дня он спрашивает о самом интимном.
— Всё хорошо, — сиплю с улыбкой. — Со мной всё отлично.
— Я рад. Не стал звонить, чтобы не тревожить.
Моё нервно дёргающееся сердце стремительно увеличивается в объёме и нагревается.
Он собирался мне позвонить? Вчера? Просто, чтобы узнать, как я?
Одна незначительная фраза бодрит как шампанское. Мне нужно что-то сказать... Ну правда. А то веду себя как олень перепуганный.
Не желая краснеть, выбираю первую пришедшую в голову тему. Самую безопасную.
— Кстати, по поводу твоего договора. Все эти дни я была на связи с твоим юристом, и мы утвердили кое-какие правки. Могу тебе показать…
Дан качает головой.
— Не будем тратить наше общее время на обсуждение промежуточных итогов.
Основные моменты я уже решил с Матросовым. Остальное — дело Константина.
Я прикусываю губу. Не хочет смотреть договор? Ну ладно… Я ведь просто так предложила. Потому что думала, что Дан захочет держать руку на пульсе.
Кончики ушей начинает печь. Ну вот для чего я предложила? Если бы Дан хотел, то сам бы так и сказал: «Давай посмотрим». Он-то, в отличие от меня, умеет напрямую озвучивать свои желания.
— Твоя руководительница так и не вышла, как я вижу? — Он кивает на пустующий соседний стол.
— Справляешься?
— Да, — растерянно отвечаю я, поглощённая мыслью о своём неудачном предложении. — Наверное, на днях выйдет.
В этот момент дверь в кабинет распахивается и в проёме появляется красивое лицо Лены. Едва взглянув на меня, она впивается глазами в Дана, повернувшего голову на стук.
— Дан Андреевич, вас Глеб Алексеевич спрашивал, — её голос ласковый и непривычно низкий. — Попросил сказать, что ждёт у себя в кабинете.
