— Спасибо, малыш, — отвечает он, отчего взгляд секретарши вспыхивает восторгом и удовольствием. — Сейчас подойду.
С хлопком закрывшейся двери Дан переводит глаза на меня и встаёт.
— Был рад увидеться и узнать, что ты в порядке, Таня. Мой номер ведь у тебя есть?
Я киваю. Губы парализовало улыбкой. Кажется, даже если захочу — не смогу её стряхнуть.
— Да. Я тоже была рада.
Смотрю на удаляющуюся графитово-серую спину и ощущаю, как в груди растекается странная безысходность, напоминающая тоску. Я пока не могу найти ей объяснение, но заранее знаю, что обязательно найду, потому как буду прокручивать наш разговор в голове ещё как минимум сутки.
Позвонить? Я не позвоню, и Дан наверняка это знает.
Остановившись возле двери, он оборачивается и улыбается мне уголками губ:
— Хорошего тебе дня.
Я снова киваю. Старательно улыбаюсь, мечтая забиться в угол и съёжиться. Потому что у меня не получилось. То, в чём я себя так усиленно убеждала. Ни на что не надеяться и не расстраиваться, если наша ночь не получит продолжения.
Не получилось даже близко.
От одного взгляда на Дана сердце ухает и дыхание перехватывает. И от мысли, что на этом всё закончится, внутри становится так серо и холодно… Дан только ушёл, а уже кажется, что я всё могла сделать по-другому: выглядеть лучше, говорить интереснее и веселее, смотреть непринуждённее.
И как мне теперь со всем этим быть? Как?
19"
"На следующий день становится только хуже. Тоскливое ощущение, поселившееся в груди, никуда не исчезает, а будто, напротив, усиливается.
Квартира, которая ещё совсем недавно была моим местом отдыха и силы, неожиданно оказывается враждебной и тесной, и возвращаться в нее откровенно не хочется. Потому что там всё осталось прежним, в то время как я изменилась. И Василина, как назло, остаётся ночевать у Карима, а это означает, что вечер пройдёт в одиночестве. Это раньше оно было для меня комфортным: можно было в тишине посмотреть фильм или любимую гастрономическую передачу, приготовить яблочный штрудель и попытаться медитировать.
Теперь же всё это кажется пресным и никак не вписывается в моё внутреннее состояние, которое чего-то настойчиво ждёт и требует.
Впервые в жизни я задумываюсь о том, что все эти годы жила неправильно. Да, неправильно. Потому что, не считая Васи, больше нет никого, кому я могла бы позвонить и предложить встретиться за чашкой кофе, чтобы приятно провести время и заодно отвлечься от разрушительных мыслей.
