Не кровный Брат

Заниматься сексом в палатке или на открытом воздухе, спать в обнимку, шурша брезентом — рай для Робинзона и его Пятницы!

А ещё мы катались на байке, который Павел наконец ему вернул лишь спустя пол года. Хотел, чтобы сын перед учёбой всё же побыл снова ребёнком. Кирилл купил ещё один шлем для меня и мы, набрав скорость, мчали ночью по прямой. Я по-прежнему боялась, но в этом вопросе я твёрдо была уверена в парне и доверяла ему свою жизнь, даже получала удовольствие от скорости и быстрой езды, так же, как и сам Кир.

***

Завтра он сядет в самолёт и улетит от меня в дождливую и серую культурную столицу нашей необъятной Родины. А я останусь. Буду ждать его здесь.

Я тоже успешно сдала вступительные экзамены. Документы мои приняли и зачислили на первый курс архитектурного ВУЗА на направление графики.

Мы провели ночь перед отъездом вместе. Секса было мало. Зато было море слёз. Я плакала почти до рассвета в его руках. Я уже жалела где-то в глубине души, что не поехала и не стала поступать в Питер сразу.

Но в учебных заведениях для художников всё очень сложно. Теперь мне нужно закончить первый курс здесь, а потом уже переводиться. Ни один педагог не возьмёт на себя ответственность доводить мои работы, начатые другим учителем в сентябре."

"Да и сомнения меня продолжали грызть. Кирилл такой непредсказуемый, я по-прежнему иногда испытываю страх перед ним, как в первые дни знакомства. Он порой будто хищник какой-то. Пусть я только попробую что-то сказать или сделать, что его не устраивает, как он мгновенно вспыхивает и начинает на меня давить, заставлять, принуждать.

Постоянно вокруг меня какие-то интриги и манипуляции. Он всё решает только так.

Это очень тяжело. Но я ничего не могу поделать с этой своей слепой любовью к нему. Я не знаю, как мне хватает сил не бежать за ним. Иногда возникает мысль, что может и к лучшему, если мы… расстанемся. Я не представляю, как жить вместе с этим демоном в человеческом обличье. И отказаться не могу. Не думала, что это вообще возможно — любить и бояться, желать и опасаться.

Будто я — мотылёк, а Кирилл — пламя, которое неминуемо однажды опалит мои крылья и я погибну.

Как не потерять себя в этой любви? Не знаю…

***

Я И Кирилл стояли в обнимку прямо в середине зала аэропорта. Нам было плевать, что люди вокруг, что мама и Павел стоят за спиной, мы целовались и целовались, пытаясь запомнить эти ощущения на как можно больший срок. Нам придётся жить этими воспоминаниями ближайшие месяцы.