Не лишний

А едва микроавтобус остановился напротив офиса Ордена, как из стоящего поотдаль патрульного автомобиля вышли двое. Сам Максим не запомнил лиц давешних патрульных, но, судя по удовлетворенному хихиканью Кройцмана, это были именно они. Уже заходя внутрь, Максим оглянулся и увидел, как патрульные о чем-то живо общаются с таксистом.

Ночная история, судя по всему, среди сотрудников Ордена широкой огласки не получила, но те, кому положено о ней знали. Едва Максим и Миха заявили о себе, как появился подтянутый молодой человек и велел им следовать за собой.

Семена Марковича пытались было оставить у дверей, но молодому человеку было заявлено, что без переводчика Максим с Михой никуда не пойдут. Орденец настаивал, мотивируя тем, что у них есть собственный переводчик. Его заявление было проигнорировано. Как, впрочем, и все остальные попытки. Молодой человек сдался и повел на встречу с руководством всех троих. Максиму показалось, что на лицах охраны мелькнули злорадные ухмылки, когда орденец с кислой улыбкой повел товарищей на второй этаж.

Пройдя через вполне стандартного вида приемную, где молодой человек и остался, вызвав радостный шёпот Михи: “Так это секретарша была?”, Максим первым шагнул в начальственный кабинет.

Виноградову не доводилось лично бывать в начальственных кабинетах, но создатели телесериалов показали достаточно примеров, чтобы хоть чуть-чуть представлять, что тебя ожидает.

Прямо напротив входя расположился монументальный письменный стол, над которым на стене переливалась голограмма с логотипом Ордена.

За столом расположился первый увиденный Максимом в этом мире рыхлый, обрюзгший мужчина неопределенного возраста. Его поза, поджатые губы и недовольный взгляд не оставляли сомнений в настроении хозяина кабинета. К столу примыкал небольшой “аппендикс”, за которым сидели еще два человека. Сидящий спиной к окну, выглядел сильным, уверенным в себе мужчиной. Да, и поза его свидетельствовала о некоей доле независимости. А с другой стороны “аппендикса” на краешке стула примостился, как говорится, “типичный ариец”. Только вот, подобострастная поза никак не вязалась с героической внешностью."

"Прочим посетителям, как понял Максим, в этом кабинете полагалось либо переминаться с ноги на ногу под начальственным взором, либо тихонько сидеть на твердых стульях вдоль стеночки. Максим переглянулся с Михой, которому так и не дали нормально пожрать, и молча направились к стульям у стены. Подхватив парочку, парни нарочито шумно грохнули их рядом со столом.