"
"Долго умывалась в душе, смотрела на все эти крутые примочки — тропический ливень, арктический душ и уже не кайфовала от роскоши, доставшейся почти даром.
Еще и сообщение от Михаила.
«Сахарная, жду от тебя хотя бы горячее фото…»
Сам-то не постеснялся вывалить мне в переписку свои трусы, чуть-чуть их оттянул, показывая красную головку члена… Боже, а в следующий раз он своего дружка в полный рост сфоткает?!
Что же я так влипла…
***
Тихон
Помощь приятелю из прошлого, Расулу, обернулась для меня ловушкой.
Он так сильно хотел сдать высокопоставленное лицо, что о последствиях, кроме как для себя, не подумал. Я решил, что он хочет шантажом прижать гада и нагнуть его так, чтобы тот не рыпался. Но Мирасов какого-то черта решил поиграть в благородного и честного. Его конечной целью оказалось засадить Захарова за решетку. Значит, привлечь государственные структуры, которые оказались в курсе всего. Всего, что мутил Расул. В курсе меня, в том числе.
Так они и вышли на меня.
Подкараулили и под белы рученьки…
Блять…
Как вспомню о визите туда, так снова трясти начинают.
Пальцы дрожат, легкие сжимаются.
Всю жизнь я старался жить по своим правилам и стремился быть на виду лишь для того, чтобы меня оставили в покое.
И вот, пожалуйста, меня самого вытащили на поверхность и вскрыли, как лягушку. Еще живым… Теперь никуда не скрыться.
Либо топтать зону, за все-все-все, куда хотя бы однажды залез, хакнул, использовал в своих личных целях.
Это же пиздец. Всю твердь земную опрокинули мне на голову и заставили держать.
Не согласиться нельзя.
Уверен, длительный срок — еще не самое страшное. Пустят слушок, куда надо, и все, кому мои проделки однажды помешали вести бизнес и встали поперек горла, отправят за мной по следу своих громил. На зоне достанут так, что вешайся. По первой я по глупости сел, но наслушался и насмотрелся всякого. Так что… Нет, увольте. Здесь закон на мою сторону не встанет…
Логично, что на Мирасова я оказался зол. Я выкрутился по максимум, дал ему все, что он хотел получить, и огреб в ответ немало.
Справедливость? Неа, не слышали…
Нервно проверяю телефон.
Ска, видеть его теперь не могу. Знаю, что за мной плотно следят и дернут, как сошку, к ноге, когда понадоблюсь, чтобы раздобыть сведения там, где привычные методы не работают.
В кабинет зачуханный не усадили работать, это уже хорошо.
Или плохо.
Работа в поле всегда более опасная.
Наверное, сказалась моя подготовка и служба в спец.
