Притиснув девчонку к мойке, я накрываю ее влажный ротик своим.
— Тихон… — выдыхает удивленно.
— Тшшш… Я немножко. Только попробую… Только…
Ааааа, ска, как кран рвет. Член за секунду — в состоянии полной боевой, смазка хлещет.
Глаша снова на меня смотрит.
Ох, уж эти глазки.
Полны любопытства, сомнений и яркого желания.
Жарит… Жарит и жалит меня ее взгляд.
Распаляет в полный ахуй… Член тарабанит в трусы, в ширинку колом впивается.
— Пожалуйста… — шепчет.
— Да? — тыкаюсь котенком слепым в ее губы.
Хриплю, вытолкнув из легких воздух.
Она судорожно приоткрывает губки и втягивает мое дыхание.
— Ты близко, Тихон. Слишком…
— Хочу еще ближе…
Вожу своим ртом по ее губам, осторожно касаюсь, чмокая.
Сладкая. Застывшая.
Бедовая девчонка… Ох, бедовая.
И хочется же ей поцеловаться, вон как судорожно дышит, через раз, как мучается от желания попробовать и… не позволяет это себе.
— Давай. Не бойся. Дай себя поцеловать. Не обижу, клянусь… Видишь же… Едва держусь. Но держусь! И если…
— Если?
Глаша, сама того не ведая, ко мне прижимается гибким телом.
мгновенно вплавляю себя в нее крепче и требовательнее.
— Ааааааах, — срывается протяжный выдох и замаскированный стон.
Горим. Дышать нечем. Щас лопну… Слюнями залью…
— Если не понравится, отвалю.
— Да?
Тонкие пальчики, подрагивая, ползут вверх по моим рукам, замирают на предплечьях.
— Да. Отвалю… Если не понравится. Наседать не буду. Но?
— Ммм?
Еще немного вперед.
Глаза Глаши прячутся за полуприкрытыми веками, ротик, наоборот распахивается.
В розовой расщелине ее язычок, остро и быстро смачивает губки.
Ломает основательно… Капитально так ломает.
Я еще так над поцелуями не трясся, не завоевывал право коснуться ротика девушки своим языком, будучи приэтом взмыленным, словно пробежал марафон.
— Давай. Другим не верь. Мне можно… Можно, Глаш, я бы… Сама понимаешь, давно, если бы… черт… был придурком конченным.
— Да. Да. Ты… бы… Давно. Но ты не такой. Ох…
Решившись, Глаша привстает, быстро припечатав мой рот коротким поцелуем.
За грудной клеткой — салют, эйфория.
Долгожданный сигнал «…На старт… Внимание… Марш!»
— Еще немножко. Дай ротик… Дай его… Приоткрой, — бормочу, — осыпая поцелуями ее лицо и сочные губки.
С каждым касанием все жарче. Настойчивее. Дольше.
Впиваюсь в мякоть рта, простонав, как будто сейчас кончу…
Ну что, мои дорогие... Пора бы Тишку пустить поближе к сладенькой?
ниже арт по главе
Глава 21
Глава 21
Аглая
Голова начинает кружиться от поцелуя Тихона.
