Не мой Ромео

Еще мне захотелось взглянуть, где ты живешь.

– Рядом с Мейн-стрит. Мой дом знает любой.

– Спасибо. У меня еще много планов: обновить кухню, перестелить полы, пристроить гараж – с этого и начну.

У нас получается какая-то светская беседа. Сама себя не пойму! Неужели я злюсь на него за то, что он отклонил мамино приглашение на обед?

Я подхожу к двери салона, отпираю ее и захожу внутрь. Включаю свет, подхожу к белому холодильнику и беру сверху картонную коробку, чтобы сложить в нее банки с напитками.

– Странно, что ты избегаешь на меня смотреть, Елена, – раздается у меня за спиной.

Но почему-то я в ужасе. Он завладеет моим сердцем. Завладеет – и разобьет его на миллион кусочков.

– Да, я рада, что ты приехал. – Я оборачиваюсь, Джек подходит ближе, оттесняет меня к холодильнику, гладит меня по щеке.

– Что это у тебя на лице?

Он упирается локтями в холодильник справа и слева от моей головы и смотрит прямо мне в глаза.

– Не верится, что ты от меня уехала, а потом прервала телефонный разговор. Со мной нельзя так обращаться.

Я выставляю колено, изображая самоуверенность, которой на самом деле нет ни капельки.

– Я поступила так же, как ты в наше первое утро.

Джек опускает голову и дотрагивается губами до моей шеи.

– Ты разукрасила всю мою шею засосами, поэтому я напялил эту жуткую водолазку. Не хватало показать эту красоту твоей маме.

Он целует меня в ухо, ласкает губами мочку.

– Ну-ка, повтори. Так же хрипло. Повторишь – и я прощу тебе отъезд. – Джек прижимается ко мне грудью. – Мне понравилась твоя мама. Сварливая женщина! Неудивительно, что ты выросла такой буйной. Маленькая проказница.

– Ничего я не буйная. Я библиотекарь.

– Ты все время это твердишь, но у тебя есть эта черта, и мне это нравится. – Его рука ползет вниз и оказывается на моем бедре. – Вот чего я хотел, когда проснулся. Тебя. У меня в объятиях. Хотел войти в тебя. Жаль, не заковал тебя в наручники.

– У меня есть свои, такие розовые, пушистые…

– Говорю же, безумная!

– Сделай что-нибудь с эрекцией у тебя в штанах, прежде чем мы вернемся, – лепечу я.

Джек осыпает поцелуями мою шею.

– Мы сделаем из твоего дома конфетку. А когда все разъедутся, я буду делать плохие вещи с тобой в постели. Она у тебя, наверное, старомодная, на возвышении?

– Нет, новая, но тоже огромная… – Я вздыхаю оттого, что он тянет меня за волосы.